— Так где все-таки Тео Шоу был в ночь с пятницы на субботу? — спросила она.
— Говорит, что дома, вместе с бабушкой, которая подтвердить этого не может, потому что рано ушла в свои комнаты.
— Вот эта часть его истории, вероятнее всего, правдива, — заметила Эмили. — У Агаты Шоу — его бабушки — недавно был инсульт. Ей необходимо побольше отдыхать.
— А это предоставляет Тео массу возможностей добраться до Неза пешком, — многозначительно заметила Барбара.
— Что объясняет, почему все живущие по соседству в один голос уверяют, что не слышали шума машины. — Эмили в задумчивости сдвинула брови и направила сосредоточенный взгляд на вторую белую доску для записей, на которой ее рукой были выведены фамилии и инициалы подозреваемых.
— Эта девица Малик кажется вполне законопослушной, — сказала она. — Но если между ней и Тео существует тайная связь, то у нее, возможно, была причина сделать так, чтобы ее жених свалился вниз по ступенькам лестницы на Незе. Это отменило бы все ее обязательства в отношении Кураши. Причем навсегда.
— Но ведь ее папаша утверждал, что никогда не стал бы принуждать дочь выходить замуж за этого человека.
— Это он сейчас так говорит. А может, он ее прикрывает? Вероятно, в этом замешаны и он и Тео.
— Ромео и Джульетта, убивающие вместо себя графа Париса? Ничего не скажешь, логично! Но, кроме изувеченной машины, о которой мы обе почему-то забыли, есть еще кое-что, требующее объяснения. Предположим, Кураши подбили на то, чтобы пойти на Нез, встретиться там с Тео Шоу и дружески обсудить с ним отношения между Тео и Салах. Тогда как объяснить презервативы у него в кармане?
— Черт возьми! Презервативы! — в сердцах бросила Эмили. — Ну хорошо, а может, он вообще не намеревался встречаться с Тео Шоу?.. Но даже если он не знал вообще ничего о Тео, бесспорно одно: Тео о нем знал.
Барбара была вынуждена признать: подозрение, что убийцей был англичанин, становилось все более обоснованными. Что, черт возьми, она скажет при встрече этим пакистанцам? Она могла только предполагать, как поступит Муханнад, получив хоть какую-то информацию в поддержку своей уверенности, что это преступление на расовой почве.
— Ладно, — сказала она. — Пусть так. Но мы не должны забывать, что уличили Салах Малик во лжи. А поскольку у Хайтама Кураши оказался тот чек, мы можем предположить, что существует некто, заинтересованный в том, чтобы Хайтам узнал об отношениях Салах с другим мужчиной.
— Кто-то? — с деланным удивлением спросила Эмили и сама же ответила: — Рейчел Уинфилд. Ее роль во всей этой истории мне совершенно непонятна.
— Женщина, приходившая к Кураши в отель. Женщина в чадре.
— А что, если этой женщиной была Рейчел Уинфилд и именно она намеревалась увести Кураши…
— Шеф?
Эмили и Барбара разом повернули головы к двери: в проеме стояла Белинда Уорнер с какими-то бумагами в руке. Листки были аккуратно рассортированы и скреплены в отдельные пачки. Барбара догадалась, что это распечатки телефонных звонков из отеля «Пепелище», которые она вручила Эмили утром.
— Что это? — спросила Эмили.
— Я рассортировала, разложила по порядку и отработала все записи. — Подойдя к столу, она стала раскладывать на нем скрепленные листы, комментируя: — Звонки Маликов: от Салах, Акрама и Муханнада. Звонки от подрядчика по имени Джерри Де Витт. Он должен был произвести ремонт в доме, который Акрам приобрел для новобрачных.
— Де Витт? — переспросила Барбара. — Эм, он же работает на пирсе. Я разговаривала с ним сегодня.
Эмили взяла со стола блокнот и что-то записала.
— Что еще? — обратилась она к Белинде.
— Звонки от мастера по интерьеру из Колчестера. Он тоже работает в доме для новобрачных. Ну и звонки от разных, я думаю, случайных знакомых… Мистер Зайди, мистер Фарук, мистер Кумар, мистер Кат…
— Кумар! — разом вскрикнули Эмили и Барбара.
Белинда оторвала взгляд от бумаг.
— Кумар, — подтвердила она. — Он звонил чаще всех. Оставил одиннадцать сообщений. — Лизнув кончик пальца, она перелистала последнюю пачку листков, которая оставалась у нее в руках. — Вот, смотрите, Фахд Кумар.
— Ну и ну, — со вздохом облегчения произнесла Барбара. — Дела…
— Номер клактонский, — продолжала Белинда. — Я проверила, это магазин, где продают газеты и журналы, расположенный на Карнэрвон-роуд.
— Карнэрвон-роуд? — сразу встрепенулась Эмили. — Ты уверена?
— Вот, пожалуйста, адрес.
— Барб, похожее, боги протянули нам руку помощи.
— Почему ты так думаешь? — поинтересовалась Барбара. Она подошла к большой карте округа и стала искать Карнэрвон-роуд. Оказалось, что улица пролегала перпендикулярно берегу и Морскому бульвару, проходила через железнодорожный вокзал и почти упиралась в шоссе А133, ведущее в Лондон. — С этой улицей связано что-то важное?
— Да, и это не похоже на случайное совпадение, — ответила Эмили. — Смотри, Карнэрвон-роуд проходит по восточной стороне рыночной площади в Клактоне. Понимаешь? Ведь это излюбленное место гомиков.
— Да, — согласилась Барбара, — это уже кое-что. — Она отвернулась от карты и увидела, что Эмили смотрит на нее горящими глазами.
