— Фергюсон, — злобно выдохнула она, словно имя шефа было нецензурным ругательством. — Через три дня ему предстоит отчитываться по делу перед заместителем начальника полиции. Он ожидает, что арест подозреваемого по делу Кураши произойдет еще до того, как он очутится на ковре, — спасибо ему большое! Ведь он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь мне в расследовании. Он только грозил, что подключит к делу этого придурка Ховарда Приели, а представляет все так, будто я на каждом шагу опираюсь на его направляющую руку. Он спит и видит, как будет пожинать лавры, когда мы арестуем виновника и избежим при этом массовых беспорядков и кровопролития. Черт возьми! Как я ненавижу этого типа! — Намочив ладонь, она провела ею по волосам, а затем повернулась к Барбаре.
Самое время, объявила она, заняться горчичной фабрикой. Она уже затребовала ордер на обыск, и он прибыл с рекордной скоростью. По всей вероятности, судья, так же как и Фергюсон, обеспокоен тем, чтобы завершить дело, не доводя до новых беспорядков на улице.
Поскольку Эмили собирается заняться обыском на фабрике, Барбара хотела бы выяснить все обстоятельства, связанные с беременностью Салах, это немаловажный факт для расследования.
— Эмили, давай сделаем остановку на пристани.
— Зачем? Мы же знаем, что у Маликов нет никаких плавсредств, если ты все еще никак не можешь расстаться с мыслью, что убийца добрался до Неза по воде.
— Но у Тео Шоу есть катер, а Салах беременна. Тео носит браслет, подаренный Салах. У него был мотив, Эм. Причем мотив ясный и недвусмысленный, не имеющий отношения к тому, что Муханнад и его подручные проворачивают с «Истерн импортс».
Ведь у Тео к тому же нет алиби, а у Муханнада есть, хотела добавить она, но придержала язык. Эмили знала, о чем промолчала Барбара, но она уже решила прижать Муханнада к стенке, не важно за какое преступление, и она сделает это.
Эмили нахмурилась, обдумывая предложение Барбары.
— Хорошо, давай, — согласилась она после. — Проверим и это.
Усевшись в один из полицейских «фордов», они вывернули на Хай-стрит, где сразу же встретились с Рейчел Уинфилд, летящей на велосипеде со стороны моря к магазину «Рекон». Она раскраснелась и выглядела так, словно все утро участвовала в велогонке на приз Железной женщины[54] и пришла как минимум третьей. Остановившись, чтобы передохнуть рядом с указателем, показывающим в сторону расположенной чуть севернее Балфордской пристани, она радостно помахала рукой проходившему мимо «форду». Не похоже, чтобы она чувствовала себя винозатой или обеспокоенной.
Пристань находилась примерно в миле езды по дороге, пересекающей Хай-стрит. Она шла от небольшой площади, к которой примыкала Алфред-террас, где располагался запущенный дом семейства Раддоков, потом по берегу Приливного озера, огибала громадную башню Мартелло — несколько таких башен было построено на побережье в начале XIX века в связи с возможным вторжением наполеоновских войск — и упиралась в пристань.
Балфордская пристань представляла собой восемь скрепленных друг с другом понтонов, к которым были пришвартованы парусные яхты и прогулочные катера, застывшие на неподвижной воде залива. На дальнем, северном конце виднелось небольшое здание — офис, с тыльной стороны к нему примыкало кирпичное строение, в котором располагались туалеты и душевые кабины. Эмили поехала к офису и остановила машину напротив выстроившегося у причала ряда лодок, над которыми висело на растяжках выцветшее рекламное полотнище — «Лодочная станция Западного Эссекса».
Хозяин исполнял и обязанности смотрителя: столь ограниченное число работающих объяснялось малым размером пристани.
Эмили и Барбара, приблизившись к зданию, застали Чарли Спенсера погруженным с головой в изучение бюллетеней со скачек в Ньюмаркете.
— Ну, вы уже кого-нибудь поймали? — Это были его первые слова после того как он, оторвавшись от увлекательного занятия, поднял голову, посмотрел на удостоверение Эмили и сунул за ухо обгрызенный карандаш. — Вы знаете, я не могу сидеть здесь всю ночь с пистолетом. Интересно, чего ради я плачу налоги, если от местной полиции нет никого проку? А? Может, вы мне объясните?
— Усильте меры безопасности, мистер Спенсер, — парировала Эмили. — Я думаю, вы не оставляете двери своего дома нараспашку, когда уходите.
— Я завел собаку, она стережет дом.
— Так заведите еще одну, чтобы она охраняла пристань.
— Какой катер принадлежит семейству Шоу? — обратилась к нему с вопросом Барбара, указывая на шеренгу судов, стоящих у пирса. На пристани, как она заметила, было всего несколько человек, хотя удушающая жара зазывала на морскую прогулку.
— «Леди Воительница», — ответил он. — Самый большой катер у понтона номер шесть. Они не должны вообще-то держать его здесь, эти Шоу. Но им так удобно, они платят регулярно и всегда так делали, так что мне нет смысла переживать, верно?
Когда они спросили, почему «Леди Воительница» не должна здесь находиться, Спенсер объяснил:
