Веселая история о мошеннике, жившем в Советском Союзе, об окружающем нас мире насекомых и людей, о добром, вечном сумасшествии, которое всегда с нами. Если кто-нибудь трагически помрет от смеха, то я не виноват. P. S. Справка автору выдана в институте Сербского, есть печать и подпись. Подпись неразборчива.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В одной из квартир «каменных джунглей» большого города, где-то в стольном городе Ташкенте, «столице дружбы и тепла», как пелось в песне тех времён, началась эта увлекательная история. Любите ли Вы, о, искушённый мой читатель, истории с погонями, выстрелами из за угла, кроваво-красными драками, кишочками, размазанными по асфальту? Так вот тем, кто любит такие сюжеты, очень даже не повезло, потому что ничего подобного в нашем рассказе не будет. А повезло тем, кто любит сюжеты о тихой, размеренной, неторопливой, как вода текущая в арыке, среднеазиатской жизни. Я обещаю осветить некоторые аспекты жизни, которые большинство людей просто не замечают, и постараюсь, чтобы тихое сумасшествие автора, как можно гармоничнее вплеталось в повествование…
И так в те стародавние времена, когда на улицах больших городов ещё попадались регулировщики уличного движения, с успехом заменяющие собой светофоры, когда для проверки настоящих золотых изделий от фальшивок применялись склянки с кислотой, предупредительно носимых с собой скупщиками золота и случилась эта поучительная история. Один из профессиональных «куклячников», которых называли так за умение продать доверчивым покупателям вместо настоящего золотого изделия подделку (куклу) из меди, латуни или рандоли, короче из любого похожего по цвету на золото материала, спал в своей скромной однокомнатной квартире. Было видно что за ней не плохо следили. Об этом говорили и свежие обои, и своевременно покрашенные рамы, и с претензией на удобство мебель. А вот убираться в квартире её обитатель, похоже не очень любил. Об этом можно было догадаться по грязному, в крошках, полу и паутине, сплетённой трудолюбивым паучком, в углу комнаты. Наш главный антигерой с простым, распространённым повсеместно именем Артур, спал на широком двухместном диване всемирно известной фирмы носящей гордое название «мебельная фабрика номер три». Его худощавое, не высокого роста, тельце раскинулось на просторном ложе, занимая его незначительную часть. Утренняя прохлада проникала в комнату через открытое окно, неся с собой долгожданный отдых измученному дневным зноем мегаполису и его обитателям. А были ли они, эти «другие обитатели»? – спросите вы меня. Что? Не спросите? Ну и не надо, ибо я всё равно скажу – да, были!
Сытый таракан-альбинос бежал по пересечённой местности на обеденном столе, состоявшей из стаканов, пустых тарелок и бутылок из под вина. Он бежал свободно и легко, как хорошо натренированный спортсмен, с ходу преодолевая подсохшие корочки хлеба, тупой нож и множество других препятствий, которые могли многое рассказать о произошедшем на кануне застолье. Его непринуждённый бег не могли остановить ни полупотрошенные сигареты, ни приоткрытый спичечный коробок, ни пепельница, заботливо изготовленная народным умельцем из пустой консервной банки. Одни препятствия он брал «с ходу», другие же лихо перепрыгивал, не теряя набранного темпа, но вдруг…
Ах, дорогой мой читатель, сколько горестей и несчастий принесло человечеству «но вдруг». Трудно даже представить себе как далеко бы зашёл прогресс если бы у нас не было бы» но вдруг». Но оно есть! И мы, не поддаваясь панике, кинув под язык пару таблеток валидола и скрепя сердце, а так же скрипя зубами продолжим нашу правдивую историю.
…Кто-то мог бы предположить, что с потолка сорвалась люстра и насмерть зашибла прыткого альбиноса. Могу вас обрадовать ничего подобного не произошло, по двум причинам. Во-первых разящая длань «госпожи смерти» ещё не распростёрлась в нашем повествовании, а во вторых люстры-то там и не было. Вместо неё с потолка тускло светило сорокаваттное подобие Великого Солнца, с немым, неугасаемым укором экономии электричества. Один из оголённых проводов свисающий с потолка, подсознательно напоминал о бренности мирского бытия. И так, с бравым тараканом-альбиносом приключился «но вдруг», в результате чего он уперся в небольшую винную лужицу, разлитую на полированной поверхности стола. Таракан стоял над ней шевеля своими альбиносьими усищами и напряженно принюхивался. Однако запах оказался знакомым и он успокоился. Теперь ему надо было решить: форсировать препятствие в брод или всё-таки обежать его. И как ему шестиногому объяснить, что такое дорогое, десертное вино надо не преодолевать, как обычное препятствие, а пить. Но в отличие от моих некоторых знакомых, не хочу называть их имена, таракан обладал потрясающей силой воли и ни капли спиртного в рот не брал, после того, как начисто посадил свою тараканью печень.
