— Нет, так поступить ты, конечно, не мог. Твоя мама — не мой дедуля, который понимает, что я уже вышла из детсадовского возраста, и не задает моим гостям лишних вопросов, тем более в тот момент, когда они пьют из горла коньяк.
— Ты все сказала?
— Нет, я еще не отчиталась, как отрабатываю твой аванс.
— Тогда отчитайся.
— Извини, но это не телефонный разговор. Когда я могу прийти к тебе в офис?
— Полина, я понял, ты сегодня не в настроении, поэтому продолжать разговор бессмысленно, — заявил Крючков и отключился.
Мне не хотелось анализировать то, что произошло, я просто взяла в руки саксофон и стала играть. Музыка полилась в открытое окно полнозвучным потоком, особенно выразительным сегодня от переполнявших меня чувств…
— Браво! — крикнул кто-то на улице.
Я оторвала от губ саксофон, подошла к окну и увидела сквозь горизонтальные планки жалюзи Крючкова, стоящего около своей машины. Оказывается, он звонил мне по мобильнику, находясь в двух шагах от моего дома. Я была в замешательстве — казалось, Женька подслушал мои сокровенные мысли и понял, что творится в моей душе. А он повторил:
— Браво!
Я подняла жалюзи и строго спросила:
— Ты что здесь делаешь?
— Да вот, тортик принес.
Я запоздало заметила в руке у Крючкова круглую пластиковую коробку, перевязанную розовой ленточкой.
— Тогда заходи.
Я пошла вниз открывать Женьке дверь.
— Да, Полина, давно я не слышал, как ты играешь на саксофоне, — сказал Крючков прямо с порога. — А знаешь, тебе здорово удаются пассажи, они такие интенсивные… Очень интересная техника, я такую ни у кого больше не слышал. Это чья школа?
— Мне пришлось постигать все премудрости игры на саксофоне по самоучителю.
Я несколько отклонилась от истины, потому что прилежно посещала музыкальную школу целый год. Если бы там был только один предмет — специальность, я бы ее закончила, возможно, с отличием. Во всяком случае, преподаватель меня хвалил. Но хор, сольфеджио и нотная грамота — это было слишком нудно для девочки-подростка. Получив азы музыкального образования, я стала дальше заниматься дома, по самоучителю. Благо боженька не обделил меня музыкальным слухом, способностью к импровизации и чувством ритма.
Черт! Я совсем забыла про восточные танцы. Уже два занятия пропустила, потому что следила за Ивченко. Вспомнив об этом, я вдруг поняла, что в танцевальную школу меня больше не тянет.
— Полина, ты прости, что не сказал тебе по телефону, где нахожусь. Давай сегодня вообще не будем говорить о нашем деле, в смысле о сантехнике и его приятеле. Оставим этот разговор на завтра. Ты придешь ко мне в офис, и там мы все обсудим. А сегодня лучше отдохнем.
— От чего?
— Не от чего, а просто отдохнем. Считай, что у нас с тобой романтическое свидание.
— То есть ты меня вот так клеишь? — рассмеялась я.
— Да, клею, — подтвердил Крючков. — Заметь, я пришел не с пустыми руками, а принес тортик. Сладкое располагает к приятному общению. Кстати, где твой дед? Он дома?
— Нет, Ариша поехал в клуб спортивного покера, там какая-то интересная игра намечается. Думаю, проторчит в «Седом графе» если не до утра, то как минимум до середины ночи.
— Понятно. Казино закрыли, а потом открыли в новом формате — где лотерейные центры, где клубы спортивного покера, где бильярдные с потайными комнатами, в которых крутится рулетка…
Крючков был прав, в «Седом графе» поигрывали не только в спортивный покер, но и в самый обыкновенный, а также во все разновидности преферанса.
— Жень, ты проходи в гостиную, а я пойду поставлю чайник и нарежу тортик.
— А в какую гостиную? У вас ведь их, кажется, две.
— Три, — уточнила я.
— А я был только в двух. Первый раз в той, — Крючков махнул рукой в сторону кантри-залы, — а второй раз в этой, он указал в сторону гостиной, выполненной в стиле хай-тек.
— Для самых почетных гостей у нас имеется гостиная в стиле рококо. Раз уж у нас с тобой романтическое свидание, то, я думаю, она подойдет более всего. — Я распахнула перед Евгением двери. — Проходи, не скучай, я скоро.
— Здесь как во дворце, — заметил Крючков.
Открыв коробку, я невольно улыбнулась: в сердечке из розочек кремом было написано мое имя. Торт оказался эксклюзивным, на заказ. Неужели Крючкова сегодня осенила своим крылом богиня романтики?
Я вдруг поймала себя на мысли, что не готова к сколько-нибудь серьезным отношениям. Крючков мне нравился, но я боялась в нем разочароваться. У меня уже был опыт разочарований, правда, не такой богатый, как у Алинки. Тем не менее умножать его не хотелось, поэтому я поставила свою личную жизнь на паузу.
Как могла, я тянула с завариванием чая и с разрезанием торта. На какие куски его ни раздели — сердечко все равно придется разрезать.
— Тебе помочь? — спросил Крючков, бесшумно появившись рядом.
— Если сможешь. Лично мне жалко портить такую красоту.
— Неужели тебе понравилось? — спросил Евгений, обнимая меня за плечи.
— Вообще-то я больше белковый крем люблю, а не масляный, он не столь калорийный, но розочки симпатичные. А сердечко просто супер.
