Они, не заинтересованные в привлечении внимания, представились так же негромко. Знакомиться все равно придется. Более того, шансы, что в их пятерке станет старшим Крей, практически стопроцентные. Легион отличается изрядной практичностью. Как встали по росту, так потом и служить будете. Выбор минимальный. Перевестись в другую роту или взвод, конечно, можно, но без веской причины с тобой и говорить никто из начальства не станет. Наоборот, заприметят как неуживчивого и вероятную проблему в будущем.
— Ну не любит меня Эврах, — сказал спокойно седоусый. — Когда-то таким, как вы, новобранцем пришел, я его гонял без всякой жалости.
— Он в офицеры, ты рядовой, — без всякой интонации прокомментировал Феликс.
— Я люблю в глаза правду говорить. Если идиот, не постесняюсь озвучить. А он услужливый. Вечно под начальство стелился. Зато своих подчиненных не жалел. Но реляции выходили красивые. Считайте, вам повезло, под его командой служить не доведется.
— Потому и люб
— Надеюсь, больше не увидимся. Это порт. Куда бы ни отправили, в четвертом полку нам не служить.
— Военная пристань, — сказал замыкающий ихпятерки. Худой, смутно знакомый парень. Из последнего выпуска, но не их рота. — Галеры. Я — Чимпай.
— На восток? — спросил Феликс.
— Вот нашей могучей кучки только и не хватает для наведения порядка, — пробормотал Крей. — Нет, горело бы где-то всерьез, подняли бы полк. Минимум батальон. Чем-то здесь иным пахнет.
— Марш! — рявкнул сержант, получивший объяснения у моряков.
Колонна двинулась мимо снующих туда-сюда людей с грузами и без. Прошагали по прямой минут десять и уперлись в берег моря.
— Одна, — многозначительно произнес ветеран. — И дай нам счастье, чтобы народу не прибавилось.
— Это почему? — заинтересовался худой.
— Ты что, не видишь? — снисходительно объяснил Крей, — на этом корыте экипажа две с половиной сотни, да еще пассажиры. Приличных в каюты заселят, а нам где сидеть?
Все дружно уставились на стоящее судно. Метров пятьдесят в длину, пять-шесть в ширину. Две мачты, одна, поменьше, впереди, другая где-то посредине. Штук тридцать скамеек, на которых располагались прикованные гребцы. На носу тяжелое орудие и еще два поменьше. Где должны размещаться прибывшие, совершенно непонятно. Там и без них ступить особо некуда.
— Опа, — сказал Крей еле слышно.
Феликс проследил за его взглядом. Из кареты вышла девушка в монашеском одеянии и направилась к трапу. За ней, вопреки обязательному аскетическому образу жизни, парочка слуг волокла сумки с вещами. Судя по виду, не из легких. Торчащие у галеры люди встрепенулись. Один подал руку девушке. Та приняла, поднимаясь на низкий борт.
— Я ее знаю, — пояснил Крей, поглаживая задумчиво ус. — Не лично, конечно. Приходилось видеть во время караулов. Особа, приближенная к императорской дочери. То ли близкая подруга, то ли доверенное лицо. Могла и расстараться будущая императрица для своего человека, отправляя нас.
— Сопровождаем?
— И куда?
— Домой, например.
— В наше время лучше уж сидеть во дворце.
Тор хохотнул.
— Теперь-то уж точно, — ничуть не смущаясь, заверил Крей. — Второй высадки не случится.
— А это, видать, сама императрица, — хихикнул Чимпай.
Видимо, попрощавшись, в их сторону широким энергичным шагом двигалась светловолосая девица в одежде ремесленника и с плащом из дорогущего материала с золотыми вышивками. За ее спиной и по бокам следовало четверо вооруженных людей с гербами Годраса.
— Та маленькая и смуглая, — покровительственно сказал Крей. — Не мели ерунды.
— А мы во дворец так и не попали, — вздохнул кто-то за спиной.
— Зато в бою побывали! — гордо провозгласил Тор.
Девица достигла строя, прошествовала мимо, в упор не замечая стоящих и их жадных взглядов. Продемонстрировала всем знакомую эмблему на плаще — красный крест. Внезапно затормозила и остановилась. Охранники дернулись, но возражать не посмели. Медленно, глядя в лица, прошла вдоль шеренги. Сержант дернулся навстречу, но ему что-то быстро сказал телохранитель, и он застыл.
— Кто из вас Куш? — решила выяснить странная девица.
— Отвечать! — рыкнул Дюби, повергнув легионеров в изумление. Посторонним, тем более гражданским, редко позволялось что-то требовать. Командиры и превышение власти, вроде очищенных карманов у шпаков, предпочитали не замечать и посылали жалобщиков в известном извращенцам направлении. А тут такое…
— Я, — с заметной задержкой ответил разыскиваемый.
— Выйти из строя! — приказал командир.
Она внимательно осмотрела с ног до головы застывшего рядового и сама себе кивнула.
— Этого я забираю.
— То есть как? — изумился сержант.
— Подозрение на тиф.
— Что происходит? — изумился Крей.
— Чего? — не менее ошарашенно воскликнул Куш.
— Вон, — тыкая пальцем куда-то в район шеи, холодно поставила она в известность. — Пятно. Первая стадия.
— Где? — уставился на кожу подчиненного сержант. — Ничего не вижу.
— Это, — заявил внушительно один из сопровождающих с гербами, — личный лекарь Акбара Годраса.
