Начальник тюрьмы строгого режима стоял в коридоре возле охранника. Паренек, недавно поступивший на работу, виновато (хотя вины за ним никакой не было) глядел в глаза руководителя.
– Что значит «исчез из камеры»?! – эхом по коридору разнесся бас начальника тюрьмы.
– Я не… не знаю, я сидел тут (показывает рукой на свой стол), все двери в камеры видно – и воочию, и на мониторах тоже. Он просто исчез. Он крикнул мне из камеры, что-то типа «До свидания, всего хорошего» и исчез.
Начальник тюрьмы и еще несколько охранников зашли в камеру к Ансу, где тот ожидал смертной казни. Мужчины оглядывали небольшое помещение три на три метра с туалетом и койкой.
– Ощупайте стены… я не знаю, там… пол проверьте! Что значит – исчез! – продолжал орать начальник. – Я вас, чертей, всех поувольняю! Да так поувольняю, что потом хрен куда устроитесь!
Охранники, понимая абсурдность приказа, принялись ощупывать руками бетонные стены и пол камеры.
– Если вы не найдете мне тут подкоп или дыру в стене за штукатуркой, я вас всех сгною! А ты! Ты давай мне видео с камер коридора! Он не мог просто взять и исчезнуть, суки вы бестолковые! Не мог!
Будильник не прозвенел, да и незачем ему звенеть в субботу утром. Проснувшись не по будильнику, так приятно понежиться в кровати под теплым одеялом в промозглое октябрьское утро выходного дня. Солнце еще не встало, и Николай мутным сознанием понял: сейчас не больше семи утра. Спальню наполнял густой сумрак осеннего утра, даря спокойствие и радость предстоящих выходных дней. Повалявшись после пробуждения минут десять, он дотянулся рукой до ночника и включил свет, чтоб найти на полу свои разбросанные вещи. Коля оделся и направился в ванную. По пути он споткнулся в темном коридоре о сумку с вещами из бассейна, которую, не разобрав, бросил вчера вечером после плавания. Мужчина зажег свет в ванной и увидел в зеркале свое лицо. Он немного отступил, чтоб видеть грудные мышцы. Коля напряг грудь, рассматривая мускулатуру.
– Так себе, – подумал он, – ну хоть не рыхлый.
Он взял зубную щетку, выдавил пасту и принялся чистить зубы. Коля размышлял, что ему съесть на завтрак – омлет с тостами и плавленым грибным сыром или вчерашнюю запеченную рыбу.
– Черт! – Он сплюнул пасту, выключил воду, вытерся и пошел на кухню.
Рыбу Коля так и не убрал в холодильник. В надежде, что она не испортилась за вчерашний вечер и эту ночь, он открыл духовку.
«А собственно, что ей будет? – подумал он, щурясь, чтоб рассмотреть содержимое противня. – Подумаешь, постояла немного в тепле. Пахнет вроде нормально».
Николай, помогая себе вилкой, отодрал засохшую под сыром рыбу и положил ее кое-как, поломав, в тарелку. Тарелку он поставил в холодильник.
«Лучше тосты и омлет», – мелькнула мысль при взгляде на грибной плавленый сыр на верхней полке.
– Или…
За спиной Коли зазвенел телефон. Мужчина недовольно вздохнул.
– Семеныч. Ну я же знаю, что это Семеныч, – пробубнил он, продолжая смотреть на сыр. А потом повернулся и взял со стола противно звенящий смартфон.
– Да.
– Коля! – воскликнул Андрей Семенович.
– Что?
– Коленька, есть дело.
– Сегодня суббота.
– Дай сказать.
– Давай, только короче.
– Если коротко, то вчера вечером, как ты уехал, прибыл новый пациент.
– И что? До понедельника не ждет?
– Ты должен это видеть, это очень необычный человек.
– А у нас бывают обычные?
– Коль, на пару часов приезжай, пожалуйста.
– Семеныч, дай жизни, а…
– Коль, приезжай.
– Ох, Семеныч…
– Коля, приезжай, на неделе дам тебе выходной во вторник или в среду.
– Приеду, приеду. Ну, ты хоть по телефону можешь сказать, что случилось? Чего такая спешка?
– Могу. Прибыл по невменяемости. И…
– Убил кого?
– Да ты не перебивай старших. Да, убил. Убил мужчину. Зарезал на глазах у ребенка в частном доме! В доме у этого же ребенка!
– Это как так?
– Вот так. Мальчик был свидетелем, говорит, что в дом сначала залез какой-то мужик в военной форме, потом появился наш пациент и зарезал этого мужика.
– А к нам-то почему его отправили?
– Убийца утверждает, что прилетел из будущего.
– Боже… Ладно… А ты точно не зовешь меня, чтоб выпить с тобой? А то я тебя знаю.
– Нет, ты что, я по делу.
– Хорошо, сейчас позавтракаю и выезжаю.
