Пробуждение происходило медленно. Кристиан оказался такой удобной подушкой. Лауре хотелось еще спать и спать. И она бы так и поступила, если бы не бросила взгляд на часы на приборной доске – они показывали половину десятого. Они давным-давно должны были быть дома.
– Где мы? – Она выпрямилась и посмотрела в окошко, но, кроме редких огней фар, освещавших снег с обеих сторон дороги, ей ничего не удалось различить.
– На полпути между Брэттлборо и Сен-Джонсбери.
Она была еще сонной и потому соображала медленно.
Ей потребовалась минута, чтобы осознать сказанное.
– Это в Вермонте.
– Точно.
– А что мы делаем в Вермонте?
– Я везу тебя к себе. Я решил, что тебе пора познакомиться с моими растениями.
Слова были легкими, но произнесены были серьезным тоном. Лаура попыталась различить в темноте выражение его лица.
– Ты шутишь?
– На самом деле большинство растений, наверное, засохло, но тем не менее, я везу тебя к себе.
– В твой дом, – она слегка отстранилась от него.
– Именно.
Она отстранилась еще дальше.
– О Кристиан, мне ужасно неприятно говорить тебе об этом, но завтра рано утром у меня назначена встреча в Нортгемптоне.
– Нет, у тебя нет встречи, – откликнулся Кристиан. – Вместо тебя на нее пойдет Элиза, она достаточно разбирается в текстиле. Она также проведет встречу с садовниками завтра днем, а в пятницу утром – с дизайнером. Ди Энн и Иона будут заниматься рестораном, а Мадди побудет с Деброй. Ты свободна до понедельника. Что-то вроде каникул.
Лаура смотрла на него широко раскрытыми глазами.
– Я не верю этому.
– Придется поверить. Все устроено.
– Но когда ты успел это сделать?
– Еще раньше, когда ты спала. Ты абсолютно без сил, Лаура. Ты тянула на себе воз с тех пор, как исчез Джефф. Тебе необходимо отдохнуть.
Уже много лет никто за нее не принимал подобных решений.
– А я вообще лишена права голоса?
– Да.
– Кристиан, но это нехорошо.
– Очень даже хорошо. Ты бы сказала, что не можешь поехать, что у тебя слишком много дел.
– Так оно и есть.
– У тебя замечательные друзья и замечательный персонал. Это ты их выбрала и обучила, и с кем бы я ни говорил, все были в восторге от того, что ты сможешь уехать.
Лаура ощущала смущение, пытаясь, с одной стороны, осознать сделанное Кристианом, а с другой – проанализировать собственные чувства. И чем больше она думала, тем меньше в ней было гнева. На самом деле ей было приятно, что о ней хорошо заботятся.
– Моя мать осталась с Деброй?
Кристиан кивнул.
– Она никогда бы не сделала этого по доброте душевной. Наверное, ты ей что-нибудь пообещал.
– Не так уж много.
– Что?
– Новую крышу.
– Кристиан, ты сошел с ума! Ведь она не забудет. Она заставит тебя сдержать обещание.
– Не сомневаюсь, но это не так уж трудно, Лаура. Я могу настелить крышу с закрытыми глазами. Это входит в мoю профессию, а я зарабатываю себе на жизнь строительством домов. – Он помолчал. – Неужели тебе не интересно увидеть дом, который я выстроил для себя сам?
Конечно, ей было интересно, она, наконец, осознавала реальность своих неожиданных каникул. Ей было интересно увидеть не только его дом, но и место, где он работал, также его коллег. Ей ничего не было известно о будничной жизни Кристиана.
– Свободна до понедельника? – спросила она.
– И весь понедельник тоже. Я сказал, что мы вернемся вечером.
Пять дней отдыха. Пять дней безделья. Пять дней сна. Пять дней, когда делами будет заниматься не она.
Мысль об этом захватывала ее все больше и больше. Она уже целый год не отдыхала, разве что на каникулах с семьей, но тогда она была занята почти так же, как дома. Ей это нравилось. Теперь иное дело. Пять дней отдыха. Мысль об этом завораживала ее.
Расслабившись и прислонившись к дверце машины, она изучающе уставилась на Кристиана. Его профиль был слабо освещен мерцанием, исходившим от приборной панели ее машины. Она задумчиво спросила:
– А Дебра согласилась?
Дебра чувствовала, что между Лаурой и Кристианом что-то происходит, и это приводило ее в ярость. Лаура не могла себе представить, чтобы та нашла общий язык с Кристианом.
– Дебра согласилась. Я оставил ей «миату».
– Я чувствовала, что ты скажешь что-нибудь в этом роде.
– Она была в восторге.
– Возможно, ты не получишь машину в том виде, в котором отдал.
– Это всего лишь машина, – пожал он плечами.
И хотя между «миатой» и «порше» существовала огромная разница, Лаура не могла заставить себя не думать о Джеффе и его машине. Она никогда не видела его в таком возбужденном состоянии, как в тот день, когда он приехал на ней домой. Он мыл ее каждые выходные, а иногда и чаще, если на ней оказывалась малейшая грязь. Он часами полировал ее, на зиму покрыл новым лаком, даже купил пылесос, которым регулярно чистил сиденья и половые коврики. Лаура не хотела на ней ездить. Детям он не позволял.
И вот Кристиан говорит – это всего лишь машина. Невероятно.
Он появился именно тогда, когда она больше всего нуждалась в поддержке. Он одолжил ей деньги, которые были отчаянно необходимы, помог Скотту пережить тяжелое испытание. А теперь он преподнес ей сюрприз в виде неожиданных каникул.
