Дамиан заметил, как побледнела Кристина. Однако сам он был готов к тому, что такое может случиться с ним в любой момент. Кристине следовало знать это. Сознание того, что девушка ненавидит его, а со временем возненавидела бы еще сильнее, помогло Дамиану сделать признание.
Ошеломленная Кристина ярко представила себе его отрезанную голову и тотчас попыталась отогнать видение. Ей следовало сосредоточиться на сути, а не на образах. Ведь он предложил ей сделку. В основе же сделки – холодный расчет.
– Но почему вы этим занимаетесь? Ведь у вас есть все. Зачем же вам быть шпионом? – собравшись с силами, спросила Кристина.
Пожав плечами, Дамиан откинулся на спинку кресла.
– Уверяю вас, это не доставляет мне ни малейшего удовольствия. Я предпочел бы вернуться в колонии и сражаться со шпагой в руках, защищая свой дом, что получается у меня гораздо лучше. К тому же недавно я получил тревожные сведения о том, что предатель Арнольд атакует мой родной штат Виргиния. Я очень опасаюсь за жизнь близких. Однако мне приходится прозябать в Англии и плести тайные заговоры, поскольку того требуют обстоятельства.
Кристина заметила, с какой болью он говорил о семье. Пожалуй, Дамиан впервые проявил при ней подлинное чувство. Кристине было жаль этого человека, но она понимала его выбор.
– А почему вы не привезли семью сюда?
– Они бы не поехали. Мать не желает возвращаться туда, где с ней обошлись так жестоко. Мой отец похоронен в Виргинии, там началась ее жизнь, и она не хочет уезжать оттуда. Брат и сестра выросли в Америке и никогда не были в Англии. Они, конечно, с удовольствием увидели бы Лондон, но не сейчас, когда идет война. У каждого из них есть свои обязанности, и мне остается лишь мечтать о том, чтобы вновь оказаться с ними.
– Ну а вы прежде бывали в Англии? – спросила девушка.
– Да, я учился здесь. Отец знал, что когда-нибудь я унаследую титул, поэтому решил основательно подготовить меня. Он не подозревал о грядущей войне, а также и о том, что его брат опозорит семью. Мой дядя, промотав состояние, обанкротил массу своих кредиторов. Мне пришлось продать всю унаследованную недвижимость, кроме дома за площадью Сент-Джеймс. Едва ли это покрыло его долги, но я сделал все, что было в моих силах. Мне бы хотелось уехать отсюда. Я уже ничего не должен Англии. – Дамиан поднялся и подошел к окну. – Просматривая бухгалтерские книги дяди, я обнаружил, что огромные суммы были потрачены на джентльменов, имена которых я не могу назвать. Зная дядюшкину склонность к азартным играм и репутацию этих джентльменов, я проверил свои догадки вскоре после прибытия в Англию. Все джентльмены оказались карточными шулерами. Последние годы дядя плохо соображал и легко попадался на их уловки. Сифилис – не слишком приятная болезнь, насколько я понимаю.
Обернувшись, Дамиан перехватил полный ужаса взгляд Кристины.
– Это болезнь развратных людей, моя дорогая, однако не стану вдаваться в подробности.
Он шагнул к шкафчику со спиртными напитками, достал бутылку и снова сел в кресло.
– Я прибыл в Англию, преследуя три цели: уладить дела с наследством дяди, убить виновника бедствий отца и выполнить поручение Континентального конгресса[6]. Мне понадобились средства для осуществления задуманного. Мои личные сбережения давно были вложены в развитие Виргинии. Состояние, на которое я рассчитывал, оказалось промотанным. Оставалось только одно.
– Вернуть отнятые мошенниками деньги? – с надеждой спросила Кристина, понимая, что сама сделала бы то же самое.
Дамиан усмехнулся:
– Конечно. Поначалу они делали слишком большие ставки, но, когда я начал выигрывать, стали осторожнее. То, что мне не удалось отыграть, я отнял силой. Как ни странно, разбойник строго придерживался бухгалтерских книг. Я ни разу не взял лишнего цента. Ровно ту сумму, на которую мошенники уменьшили состояние дяди.
– На это мы и живем сейчас? – поинтересовалась Кристина.
– Вы весьма догадливы. Грязные деньги. Но, так или иначе, они пришлись весьма кстати. – Дамиан, усмехаясь, наблюдал за девушкой.
– А доход, который вы обещали?..
– Вам? Боюсь, из тех же источников. Похоже, мой дядя обманул вас на огромную сумму. – Заметив ее растерянность, Дамиан пояснил: – Ваш отец был далеко не бедным человеком и не мог оставить вас без гроша в кармане – я навел необходимые справки. Подписи на тех векселях были поддельными. Мой дядя просто обокрал вас, как его обокрали карточные шулеры. А я взял лишь то, что мне причиталось.
– В таком случае деньги – мои! Как вы смеете ссужать их мне подобным образом?
Дамиан рассмеялся:
– Мне пришлось стать вором, чтобы получить их. По крайней мере, вам не грозит виселица за совершенные преступления. Поэтому оставьте этот надменный тон, моя дорогая. Он непозволителен для таких, как мы с вами.
Внезапно прозрев, Кристина напряглась как струна. Она едва сдерживала ярость. Дамиан с полным правом поставил ее наравне с собой. Торговать своим телом – такой же грех, как и воровство. Они составляли неплохую парочку. Она почувствовала отвращение к себе.