– Расскажи лучше что-нибудь новенькое.
Чтобы показать, что он не обижается, Джейк похлопал Люка по плечу.
– Тогда мы и выяснили, что Люк – маг, а я в компьютерах – то же самое, что Пеле в футболе. Ведущий нападающий. Нет такой системы, с которой я не смог бы справиться. Это божий дар. – Он обнажил свои ровные, как на параде, зубы, и Роксана подумала, что Джейк похож на очкастого бобра. – Бог его знает, откуда он взялся. У моего папаши была булочная в Бронксе, так он никак не мог усвоить все кнопки на кассе. А я… Дайте мне клавиатуру компьютера, и я в раю. Вот мы подумали, что друг другу пригодимся, и стали работать вместе.
– Джейк удрал в Европу после неудавшегося ограбления.
– Немного не рассчитал, – тихо произнес Джейк, но его худая шея покраснела. – Компьютеры – это моя страсть, мисс Роксана, но воровство – мое искусство. К сожалению, я возгордился и поспешил.
– Это случается даже с самыми лучшими из нас, – заверила Джейка Роксана и заработала его вечную благодарность.
– Понимающая женщина дороже рубинов.
– Эй, Джейк, обо мне не забывай.
Подняв брови, Роксана повернулась к Люку.
– Но видишь ли, Каллахан, мне действительно нравится Джейк. И я верю, что ваши компьютерные навыки проведут нас через систему сигнализации.
– Не придумано еще в мире такой системы, которая могла бы меня остановить. Вы попадете туда, мисс Роксана, а потом оттуда. Что же до остального…
– Давайте не будем торопиться, – прервал его Люк. – Нам нужно многое сделать, Рокс. Ты готова?
– Я смогу справиться со своей половиной, Каллахан. Как и всегда. – Она с улыбкой повернулась к Джейку. – Вы когда-нибудь были в Новом Орлеане?
– Пока только жду этого удовольствия.
– Мы летим туда завтра. Буду рада, если придете ко мне на ужин, когда вам будет удобно. – Она мельком взглянула на Люка. – Думаю, его вы тоже можете захватить с собой.
– Но я буду держать его под контролем.
– Уверена, что справитесь. – Взяв бокал Люка, Роксана чокнулась с Джейком, отчего его глаза-фасолины засияли. – Кажется, это начало замечательной дружбы. – Она отпила глоток и поставила бокал на стол. – Вам придется меня извинить, но я спешу на встречу. Буду ждать от вас новостей.
Когда Роксана вышла, Джейк прижал руку к сердцу.
– Боже! Что за женщина!
– Сделай только шаг в этом направлении, приятель, и тебе придется питаться через соломинку.
– Думаю, я ей понравился. – Глаза, как звезды, сияли за толстыми линзами. – Думаю, она потрясена.
– Пощупай железки, Файнстайн, и тяни сюда свои инструменты. Посмотрим, как ты сможешь подделать подпись Уайатта.
– Даже его брокер не увидит разницы, Люк. Поверь мне.
– Приходится, – пробормотал Люк. – В этом вся проблема.
Это была, пожалуй, самая трудная роль, которую ему когда-либо доводилось играть. И конечно же, не было еще роли важнее. По пути из Вашингтона в Новый Орлеан он, со шляпой в руке и местью в душе, завернул в поместье Уайатта в штате Теннесси.
Он знал, через что предстояло пройти: мольбы, унижение, страх. Нелегко для самолюбия, но безопасность Нувелей того стоила. А посему ему пришлось воспользоваться маской – маской не в буквальном смысле, которую он то надевал на себя, то снимал в течение последних пяти лет, – и эта маска должна была убедить Сэма Уайатта смириться с возвращением Люка. По крайней мере, на время.
Ему нужно было всего несколько месяцев, в результате он достиг бы всего, что ему нужно. Или не достиг бы ничего.
Он постучал в дверь и стал ждать. Дверь открыла служанка в униформе. Люк склонил голову и, кашлянув, произнес:
– Я… кхм… мистер Уайатт ждет меня. Я – Каллахан, Люк Каллахан.
Кивнув, она провела его по запомнившемуся ему коридору в тот самый кабинет, где он стал свидетелем убийства и пережил свою собственную маленькую смерть.
Как и пять лет назад, Сэм сидел за письменным столом. Но на сей раз, кроме роскошной мебели, здесь стоял стенд с огромным плакатом, на котором был изображен мужчина с искренней и обаятельной улыбкой. Надпись на плакате, выполненная печатными красно-синими буквами, гласила:
СЭМ УАЙАТТ для ТЕННЕССИ!
СЭМ УАЙАТТ для АМЕРИКИ!
В стоявшей на краю стола вазе, покрытой перегородчатой эмалью, лежала целая куча значков с изображением того же лица с тем же выражением.
Что же касается самого кандидата в сенаторы, то он мало изменился. Люк обратил внимание на седину, появившуюся у него на висках и на едва заметные складки, которые появились, когда он заулыбался. А улыбался он щедро. Почти как паук, подумал Люк, в тот момент, когда смотрит на отчаянно бьющуюся в паутине муху.
– Вот это да, возвращение блудного сына. Вы свободны, – сказал он служанке, затем откинулся в кресле, снова улыбнувшись, когда за ней закрылась дверь. – Каллахан, ты выглядишь на удивление хорошо.
– А ты выглядишь… преуспевающим.
– О да, – привычным жестом Сэм повернул запястье так, чтобы Люк заметил золотые запонки. – Должен сказать, твой вчерашний звонок очень меня удивил. Никак не ожидал, что у тебя хватит сил.
Люк распрямил плечи, но так, чтобы это выглядело жалкой попыткой выглядеть храбрым.
– У меня есть к тебе предложение.
