– Он сказал, что я разбила ему нос, но мне кажется, я ему просто кровь пустила. – Она засмеялась и опустила голову Люку на плечо. Как хорошо стоять с ним под дождем и слушать глухие, ритмичные удары его сердца. Всякий раз, когда случаются какие-то неприятности, Люк приходит на помощь, подумала она. Это успокаивает. – Жаль, ты не слышал, как он взвыл. Люк, я не хочу, чтобы Макс и Лили знали. Пожалуйста.
– Макс имеет право…
– Знаю. – Она снова подняла голову. Дождь струился по ее лицу, как слезы. – Права тут ни при чем. Он расстроится и испугается. Да и все уже позади, что он сейчас может сделать?
– Я не буду ничего говорить. Если…
– Я знала, что ты скажешь «если».
– Если, – повторил Люк, подняв пальцем ее подбородок, – ты дашь мне поговорить с этим ублюдком. Я хочу убедиться в том, что он больше до тебя не дотронется.
– Поверь, не о чем беспокоиться. Он может предъявить иск, но и тогда я к нему даже близко не подойду.
– Либо я говорю с ним, либо я говорю с Максом.
– Эх, черт возьми! – Она вздохнула и, поняв, что выбора у нее нет, лишь пожала плечами. – Ладно, я скажу тебе, где его найти, если…
– Хорошо, если что?
– Если ты поклянешься, что только поговоришь с ним. Мне совершенно не нужно, чтобы ты за меня дал кому-то в морду. – Она вновь улыбнулась, и оба они вспомнили Сэма Уайатта. – Сейчас я сама справилась.
– Только поговорю, – произнес Люк. – Если только сам он не сочтет, что одним разговором здесь не обойтись.
– Вообще-то ты оказал бы мне услугу. – Она облегченно вздохнула, ибо знала, насколько Люк упрям. – Я не уверена, но мне кажется… судя по тому, что он сказал, когда…
– Что он сказал?
– Кажется, у него там была камера. Он снимал все, что произошло, понимаешь?
Люк открыл рот и тут же закрыл его. Может быть, и к лучшему было то, что он, потрясенный, не мог заставить себя заговорить вновь.
– Прости, что ты сказала?
– Он учится на кинорежиссера, – поспешила объяснить Роксана. – Помешался на кино и на видео. Поэтому я и пошла к нему на квартиру. Хотела посмотреть пару фильмов из классики. А он… – Она тяжело выдохнула. Вылетевшее изо рта облачко пара мгновенно растворилось под дождем. – Я почти уверена, что он снимал все на камеру, чтобы мы потом могли на себя посмотреть.
– Извращенец засранный.
– Это-то да, но я думаю, если ты хочешь с ним поговорить, то тогда, может, заставишь его отдать тебе пленку, или как это там у него еще называется.
– Я возьму ее. Но если ты еще хоть раз что-нибудь подобное устроишь…
– Я устрою?! – Она ударила руками по бедрам. – Слушай, мозги твои куриные, меня чуть не изнасиловали, а значит, я пострадавшая, понял? Я ничем не заслужила такого обращения.
– Я хотел сказать…
– Да пошел ты к черту! Ты как все мужики. – Она развернулась, сделала два шага, затем опять обернулась к нему. – Я должна была его об этом просить, да? Я заманила этого жалкого, беспомощного мужичонку в свои сети, а потом заорала благим матом, когда все пошло не так, как надо.
– Заткнись! – Резким движением он придвинул ее к себе и крепко сжал. – Прости. Я не хотел ничего такого сказать. Боже мой, Роксана, разве ты не понимаешь, что испугала меня? Не знаю, что бы я сделал, если бы он… – Он коснулся губами ее волос. – Не знаю, что бы я сделал.
– Все в порядке. – Дрожь снова пробежала по ее спине. – Все в порядке.
– О’кей, – прошептал он, поглаживая Роксану по голове, пытаясь успокоить ее даже сейчас, когда искал своими губами ее губы. – Больше тебя никто не тронет.
На ее губах блестели капельки дождя. Он нежно снял их поцелуем, затем стал целовать ее еще и еще. Ее руки накрепко сомкнулись вокруг его шеи, а тело, прижавшись к нему, расплавилось, подобно воску. Он позволил себе на одно мгновение, на одно чудесное мгновение обнять ее и ощутить, что все это происходит на самом деле.
– Чувствуешь себя лучше? – Он напряженно улыбнулся, отстраняя ее от себя.
– Что-то чувствую. – Голос ее напоминал туман, который стелился по земле у их ног. Она приложила руку к его щеке, он же схватил эту руку и прижался губами к ладони. Она удивилась, почему дождь, падая на нее, не превращается в пар.
– Рокс… может, нам лучше… – Он оборвался на полуслове, заметив, что из завесы дождя вышел человек. Люк стал отодвигать Роксану в сторону и вдруг увидел лицо Кобба, его глаза, и почувствовал, как вся его жизнь перевернулась вверх дном.
Как мог он, пусть по глупости, но забыть, даже на мгновение забыть о том, что сегодня ночью ему предстоит встреча со своим злым гением.
Но если уж с этим ничего не поделаешь, то он может хотя бы оградить Роксану от этой мерзости.
– Иди в дом, – приказал он.
– Но, Люк…
– Иди в дом немедленно. – Он потащил ее к калитке. – Мне тут надо кое-чем заняться.
– Я подожду.
– Не надо.
Он повернулся. Она все же успела заметить его глаза, в которых застыла душевная мука.
– Давненько не виделись, парень.
