Было ясно, что Зам пытается использовать Олега, прикрыться им, а возможно, и подставить. Газовая турбина – не гайка, ее через проходную в штанах незаметно не протащишь. Только и полмиллиона долларов – не зажигалками по ларькам торговать, и Олег не такой дурак, как Зам о нем думает.
– Погода меняется, меняется погода, – повторял Олег, вглядываясь и не видя очертаний завода.
Из машины надо было выходить. Два милиционера, не гаишника, что настораживало, один постарше, слева за стеклом, другой молодой, прямо перед «шестеркой», без эмоций смотрели на Никиту.
– Выходи, или стекло выбью, – сказал старший, передвигая автомат, переброшенный через плечо, ближе к своему животу.
Дверь Никита открыл медленно, так же, без резких движений, встал, протягивая документы и доверенность. Но старший бумаги не взял, чуть кивнув своему молодому товарищу.
– В чем проблема, начальник? Я заплачу.
– Заплатишь, заплатишь, – улыбнулся тот, что постарше.
Из-за рыжих бровей милиционеры были похожи, как отец и сын. Младший подошел к Никите и набросил ему браслет наручников на правое запястье.
– Вы чего?! – возмутился Никита, но младший ловко поймал его левую руку, защелкнул наручники за спиной, развернул и толкнул на капот.
– Аккуратней, – раздраженно сказал старший. – Бить не велели.
Ответа младшего Никита не услышал, потому что лицо было прижато к холодной грязной стали «шестерки». Милиционер держал его без усилий, но не давая дергаться.
– Чего надо-то? – глядя, как ползает по салону старший, как можно спокойней спросил Никита, получил легкий толчок в затылок и неприятно столкнулся с капотом.
– Гляди, пистолет в бардачке, даже подбрасывать ничего не надо, – старший показал ТТ коллеге. – Ты садись на эту, а его на нашей довезу.
В милиции на Свободе у Никиты забрали все из карманов: ключи, паспорт, документы на машину, 75 долларов, 97 тысяч рублей, пачку жвачки и брелок-щипцы для ногтей. Вместо обезьянника его без объяснений привели в маленькую комнату и, не сняв наручников, велели ждать.
Грязное окно не пропускало ничего, кроме размытого отблеска фар. В комнате вдоль стен стояло три стула, один из них без спинки. Посидев минут пять, Никита встал, пригибаясь, перешагнул через наручники, потом уперся ладонями в пол и начал отжиматься. Старый линолеум со стертым геометрическим рисунком то приближался, то отдалялся. Потом Никита начал приседать, глядя на пустой стенд с желтыми пенопластовыми буквами «и…р.а.ия».
– Выходи, придурок, – сказал рыжий милиционер, появившийся в тот момент, когда Никита лег на пол покачать пресс.
В этой грустной комнате два месяца назад Никита сдавал Кита. Сейчас, когда он сидел здесь в наручниках, лампа светила тусклее и деревянные панели выглядели мрачнее. За спиной открылась дверь, и пожилой милиционер, пройдя мимо, сел напротив. Синяя рубашка без знаков отличия, волосы седые и редкие, а под глазами такие темные круги, что выглядели гримом для фильма ужасов.
– Я связной от афганцев, – сказал он, давая время осознать информацию.
– Ясно. – Никита чуть приподнял запястья в наручниках. – А это для конспирации?
– Это чтобы ты понял: тебя не в гости на чай приглашают. Выбор твой, парень, невелик, и прямо скажу: хреновый у тебя выбор. План твой не план вовсе, а говно. Тебя убьют – если не свои, то афганцы. Если вдруг тебе повезет, то сядешь ты надолго. В тюрьме тебя, скорее всего, тоже убьют. Никого ты не обманешь, и помощи тебе ждать не от кого.
– Мне и не надо.
– Вот и хорошо. С этим разобрались. Теперь главное. Времени у тебя мало, вряд ли до конца февраля. Советую торопиться. Как будешь готов – звони мне, я им. Все ясно?
– Все быстрее случится, – глядя на наручники, заговорил Никита. – Говорят, Начальник скоро в Москву на сходку собирается, будет у столичных авторитетов защиты искать. Вот как только он уедет, я сразу позвоню.
– Нельзя узнать, когда твой Начальник в путь отправится, чтоб по дороге с ним проблему решить?
– Не, мне о таком никто не расскажет. Только после звонка моего надо, чтоб прямо на следующий день были готовы.
– Еще что-нибудь сказать хочешь? – выдержав паузу и рассматривая Никиту, спросил милиционер.
– Вы же тот майор? Вы же на Начальника работаете?
– Я деньги с вас беру, а не работаю, – не смутился милиционер. – Если я помогаю вам друг друга убивать, так от этого все выигрывают – и я, и служба моя. Есть еще вопросы?
– А вы Кита нашли? – сорвалось у Никиты.
Майор улыбнулся и полез в карман за сигаретами.
– Кита? Ты знаешь, кого я нашел недавно? Знакомого одного. Вот здесь недалеко от милиции ворюга прожженный лежал с проломанной башкой за сараями. И таких случаев у меня за два месяца полно. Кто-то ходит и пьяным, согласно экспертизе, еловыми палками головы проламывает – семь трупов. Ты думаешь, милиции больше нечем заняться, кроме как Кита вашего искать?
– Еловыми? – не напуганный историей, из чистого любопытства спросил Никита.
– Еловыми, – кивнул майор. – Все, вали.
– Куда вам звонить-то? «Ноль два» набирать?
