Переход совершился внезапно и вовсе не так, как ожидал Марвин. Он наслушался историй об Искаженном Мире и смутно представлял себе страну тающих теней и изменчивых красок, страну гротесков и чудес. Но тотчас же убедился, что его представления были романтичны и узколобы.
Марвин ожидал в тесной приемной. Воздух был спертый от пота и жаркого парового отопления, а Марвин сидел на длинной деревянной скамье вместе с несколькими десятками людей. Взад и вперед разгуливали скучающие клерки, они сверялись с бумагами да изредка подзывали кого-нибудь из ожидающих. Затем шепотом велись какие-то переговоры. Время от времени кто-нибудь терял терпение и уходил. Время от времени появлялся новый проситель.
Марвин ждал и наблюдал.
Минуты текли медленно, в комнате стало темно, кто-то включил верхний свет. А его фамилию все не называли. Марвин покосился на соседей справа и слева, скорее от тоски, чем из любопытства.
Сосед слева был очень длинный и похожий на мертвеца, с гноящимся фурункулом на шее, там, где тер воротничок. Сосед справа был низенький, толстый, краснолицый и дышал с присвистом.
– Как вы думаете, долго еще придется ждать? – спросил Марвин у толстяка, не для того, чтобы действительно узнать, а просто желая убить время.
– Долго? Долго ли? – ответил толстяк. – Чертовски долго, вот что я вам скажу. Здесь, в Автотранспортном бюро, этих проклятых графьев нельзя поторопить, даже если у вас и дела-то всего продлить обыкновенные водительские права, а я здесь именно для этого.
Человек, похожий на мертвеца, рассмеялся – словно палкой забарабанил по пустой канистре из-под бензина.
– Долго же тебе придется ждать, малыш, – сказал он, – ведь ты попал в Департамент благосостояния. Отдел мелких сумм.
Марвин задумчиво сплюнул на пыльный пол и заявил:
– К сожалению, джентльмены, оба вы не правы. Я все пытался вам сказать, что мы сидим в Департаменте, или, точнее, в приемной Департамента рыбной ловли. И, по-моему, просто безобразие, когда гражданин и налогоплательщик не может даже поудить рыбу в налогооплаченном водоеме, не потеряв полсуток на то, чтобы выправить лицензию.
Все трое метали друг в друга злобные взгляды. (В Искаженном Мире героев вообще не бывает, обещаний чертовски мало, точек зрения кот наплакал, а свершений – иголка на стог сена.)
Они метали друг в друга молнии глазами, в которых забрезжило не слишком чудовищное подозрение. У человека, похожего на мертвеца, закапала кровь с кончиков пальцев. Марвин и толстяк в смущении нахмурились и притворились, будто ничего не заметили. Человек, похожий на мертвеца, беспечно сунул нашкодившую руку в карман с непромокаемой подкладкой. Тут подошел клерк.
– Кто из вас будет Джеймс Гриннел Стармахер? – спросил он.
– Это я, – отвечал Марвин. – И позвольте вам заметить, я жду здесь не первый час и считаю, что стиль работы в вашем Департаменте порочный.
– Да ладно, – сказал клерк, – это потому, что еще не получены машины. – Он заглянул в бумаги. – Вы подавали прошение о трупе?
– Совершенно верно, – подтвердил Марвин.
– И вы обязуетесь не использовать упомянутый труп в аморальных целях?
– Обязуюсь.
– Потрудитесь изложить мотивы, побуждающие вас приобрести труп.
– Я намерен использовать его как украшение.
– По какому праву?
– Я специально изучал оформление интерьеров.
– Укажите фамилию, или опознавательный кодовый номер, или и то и другое последнего из приобретенных вами трупов.
– Таракан, – выпалил Марвин. – Номер 3(32)А5345.
– Кто умертвил?
– Я сам. У меня лицензия на умерщвление всех тварей, не относящихся к моему племени, кроме самых редких, как, например, золотые орлы и ламантины.
– Цель последнего умерщвления?
– Ритуальное очищение.
– Прошение удовлетворено, – сказал клерк. – Выбирайте труп.
Толстяк и человек, похожий на мертвеца, с надеждой смотрели на Марвина влажными глазами. Искушение было велико, но Марвин его поборол. Обернувшись к клерку, он произнес:
– Я выбираю вас.
– Так и запишем, – сказал клерк и черкнул что-то в своих бумагах. Лицо его превратилось в лицо псевдо-Флинна.
Марвин одолжил у человека, похожего на мертвеца, поперечную пилу и не без труда отпилил клерку правую руку. Клерк тихо скончался, лицо его снова стало прежним.
Толстяк посмеялся над замешательством Марвина.
– Перевод из одной субстанции в другую кое-что дает, – поддразнил он. – Но недостаточно, верно? Желание придает плоти нужную форму, но хозяином положения остается скульптор – смерть.
Марвин плакал. Человек, похожий на мертвеца, ласково притронулся к его плечу.
– Не переживай всерьез, малыш. Лучше отомстить символически, чем вообще не отомстить. План у тебя был хороший, а его единственный минус от тебя не зависел. Дело в том, что Джеймс Гриннел Стармахер – это я.
– А я труп, – сказал труп клерка. – Когда мстишь, лучше ошибиться адресом, чем вообще не отомстить.
– Я пришел сюда продлить водительские права, – сказал толстяк. – Ну вас ко всем чертям вместе с вашим глубокомыслием! Будут меня тут обслуживать или нет?
