— Эта организация распущена много лет назад, — коротко ответил он, явно не настроенный тратить время на общение с полицией.
— Мне это известно, сэр, но, возможно, у вас имеется интересующая нас информация. Это займет не более десяти минут.
— Не понимаю, зачем мне оказывать вам услугу, сержант Гэллен, ведь полиция никогда мне не помогала. Чаще всего мне досаждал Скотленд-Ярд, сотрудники которого, кажется, только и делают, что портят репутацию и жизнь уважаемых бизнесменов.
Я вспомнил о точно таком же заявлении Нила Вэймена. Иногда это заставляет меня задуматься: неужели они и в самом деле считают себя таковыми?
— Мы с благодарностью примем любые сведения, которые вы сможете нам предоставить, и, как я сказал, сэр, это не займет у вас много времени.
— А что за расследование вы ведете?
— Расследование убийства.
— Хорошо. Сегодня днем у меня деловая встреча в Уэст-Энде, но потом я буду свободен. Приходите ко мне в офис в пять вечера. Полагаю, вы знаете адрес?
— Да, сэр. Очень вам благодарен.
Леппел что-то проворчал и отключил связь.
Офис «Советов по безопасности» находился в великолепном здании по дороге от Лондон-Уолл. Я нажал кнопку звонка рядом с блестящей медной табличкой с названием и логотипом компании, и нас с Беррином без предварительных расспросов впустили в дверь. Мы поднялись на лифте на шестой этаж, где нас уже ждал Мартин Леппел, невысокий, но статный мужчина с горбинкой на носу и с пронзительными синими глазами на загорелом лице. На нем была рубашка с коротким рукавом и с галстуком вроде военного. Он кивком поприветствовал нас, и мы обменялись рукопожатием.
Затем, открыв застекленную дверь с эмблемой фирмы, он провел нас в небольшую пустующую приемную (Леппел пояснил, что у его секретаря выходной), откуда мы прошли в его просторный кабинет с окнами, выходящими на улицу. Стены украшали фотографии мужчин в военной форме, в том числе один крупный снимок самого Леппела в офицерском мундире и с саблей. Человек на фотографии определенно обладал серьезным военным опытом.
Леппел уселся за внушительный, безупречно чистый стол и пригласил нас занять два кресла напротив. Он не предложил нам выпить.
— Итак, джентльмены, что я могу для вас сделать? — сразу перешел он к делу.
— Мы хотели бы получить информацию относительно участия «Международных контрактов» в боснийском конфликте.
— Могу я спросить, почему вас интересуют эти сведения?
— Мы занимаемся расследованием одного убийства и предполагаем, что некто из бывших сотрудников компании, в то время работавших в Боснии, сможет пролить свет на некоторые моменты, которые не совсем нам ясны.
— А именно?
— К сожалению, пока не могу вам сказать, сэр.
— Что ж, со своей стороны, я, к сожалению, не был в Боснии. И за свою жизнь не посетил ни одну из республик бывшей Югославии.
Я так и знал, что разговор будет непростым.
— Но вы руководили этой компанией, сэр, поэтому мы к вам и пришли. И я уже говорил по телефону, это не займет много времени.
— А что вы хотите узнать?
— Как долго компания принимала участие в боснийском конфликте?
— Наш первый контракт был заключен в октябре девяносто третьего, когда стало ясно, что Запад намерен оставаться в стороне и безразлично смотреть на жестокое обращение с мусульманским населением Боснии. Контракт предусматривал обучение солдат армии БМА.
— Какой армии?
— Боснийской мусульманской армии. Контракт оказался удачным, поэтому мы заключили еще несколько. Мы действовали до вступления в силу Дейтонского мирного договора в декабре девяносто пятого года.
— До меня дошли предположения, что некоторые из ваших сотрудников остались на территории Боснии и после этого.
— Эти предположения ошибочны, — холодно заявил Леппел. — На территории, помимо наших людей, находились и наемники, оказывавшие услуги, подобные нашим, хотя и более низкого качества. Именно они и остались в стране после перемирия. Как только вступил в действие Дейтонский договор, наши контракты были прерваны и мы уехали.
— Вы можете сказать, кто финансировал работу, которую ваша компания выполняла в Боснии?
— Газетчики писали, будто нам помогали деньгами группировки фанатиков, но это неверно. Однако поскольку у нас конфиденциальные отношения с партнерами по бизнесу, будь то «Контракты» или «Советы», я не могу это комментировать.
Я кивнул:
— Что ж, понятно. Не припомните ли вы общее количество ваших сотрудников, побывавших в Боснии за эти два года?
Леппел задумался, как будто подсчитывал в уме.
— Я бы сказал, человек сорок, может, чуть больше. Босния была самой крупной операцией «Контрактов».
— Я понимаю, мистер Леппел, что вы сами не посещали страну, но не знаете ли вы, кто из ваших людей был связан с так называемыми моджахедами, борцами за исламский фундаментализм, которые в это время тоже сражались в этом регионе?
