Карие глаза Дэниела пробегают по мне снизу вверх через расстояние между нами, а затем резко останавливаются, удивленные. Они сужаются, когда он смотрит на блестящее украшение на моем пальце. Его глаза медленно поднимаются вверх, новое, возбужденное ликование овладевает ими. Когда они, наконец, встречаются с моими снова, они почти светящиеся.
— Да, — говорю я одними губами.
И я знаю, что именно этот момент, взгляд в его глазах и невысказанная связь, которую мы разделяем, тот факт, что он здесь, живой и мой, будет одним из тех моментов, запечатленных в книге под названием моя жизнь, навсегда.
Наконец, после мгновения, которое кажется, что никогда не закончится, Дэниел начинает пробираться ко мне. Его взгляд ни разу не отрывается от моего.
Ирис встречает его на полпути и заключает в крепкие объятия. Он обнимает ее в ответ и целует в лоб, посылая быстрый уверенный взгляд в мою сторону. Она что-то говорит ему, и он шепчет ей на ухо ответ. Он ласкает ее щеку, и она наклоняется к его руке, нежно улыбаясь. Она обнимает его еще раз на долгое мгновение и отпускает, кивая со слезливым, радостным ликованием. Как только он отходит от нее, его глаза сразу же встречаются с моими и снова закрываются.
Я тяжело дышу, и мое сердце бешено колотится. Его последние шаги занимают слишком много времени. Я стою как вкопанная, не в силах даже моргнуть от страха, что он исчезнет.
Когда он всего в шаге от меня, я прыгаю в его объятия, которые ловят меня, поднимают и прижимают к его бешено бьющемуся сердцу. Я чувствую, как будто внутри меня выдернули пробку и я наконец-то могу по-настоящему дышать. Дэниел ослабевает свою крепкую хватку ровно настолько, чтобы я немного соскользнула вниз и его рот коснулся моего.
Мы целуемся, поглощенные нашим воссоединением, как будто эта связь возвращает нас к жизни. Мы медленно отстраняемся, и Дэниел ставит меня перед собой с небольшим расстоянием между нами.
Он медленно проводит рукой по моей руке, завершая путешествие на моей руке, нежно держа ее. Он подносит ее к губам и целует рядом с моим кольцом. Его глаза впиваются мои, и он улыбается, искренней, эмоциональной, кривой улыбкой.
Я качаю головой, и мои глаза наполняются блестящей завесой слез. Я кусаю свои дрожащие губы, и он наклоняет голову, улыбаясь мне самой сладкой улыбкой. Я копирую его и говорю то единственное слово, которое мне так хотелось сказать, то единственное слово, которое он хотел услышать.
— Да.
— Что? — Ян хмурится, переводя взгляд с Таши на меня и обратно. — Серьезно, почему вы двое таращитесь на меня, как какие-то наркоманки без травки?
— Мы просто полностью очарованы твоей изысканностью, — сухо говорит Таша, незаметно закатывая глаза и отодвигая белую занавеску в сторону, чтобы впустить больше света.
— Боже, иногда я чувствую себя таким овеществлённым.
— Держу пари, красавчик. — я похлопываю его по руке. — Я думаю, просто, вся эта ситуация... ее трудно понять, знаешь...
— Да. — его улыбка такая нежная и искренняя, что мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы избавиться от комка в горле.
— Конец эпохи, а, ребята? — говорит Таша, глядя на яркий день снаружи. Она оборачивается, и мы оба задумчиво киваем.
— Да ладно, ничего не изменится? Так ведь?
Мои друзья смотрят на меня, и Таша говорит:
— Уже, Хейлз, нет?
— Хорошо. Прекрати. Сейчас же! — Ян театрально встает и шагает к двери. Таша поворачивается ко мне, широко раскрыв глаза, и съеживается.
— Ну, мы все сегодня слишком эмоциональны, так что просто представь, что происходит с мистером Ксанаксом.
Она не могла бы выразиться лучше.
— Ладно, давай все уладим, хорошо? — Ян снова появляется в дверях с бутылкой шампанского в одной руке, моей любимой марки, и с тремя бокалами, перевернутыми вверх дном за ножки в другой. — Сейчас я возьму все под свой контроль. — он опускается в кресло рядом с моей большой кроватью и осторожно ставит бокалы на тумбочку. — Таш, включи музыку, — приказывает он, ловко открывая пробку бутылки с тихим хлопком.
— Что-нибудь конкретное? — спрашивает она, возясь с айподом.
— Ух, «Я люблю тебя» Café Del Mar, — говорю я с ностальгическим видом.
В тот момент, когда Дэниел сказал мне название этой песни, наш первый раз в Баха оживает перед моими глазами и оставляет небольшую, задумчивую улыбку на моих губах.
Ян поворачивается к нам и протягивает каждому по бокалу. Мы берем их, обмениваясь между собой радостными, взволнованными, многозначительными взглядами.
Он откашливается, поднимает бокал и легким движением подбородка предлагает нам повторять за ним.
— За нашу прекрасную невесту, — говорит он, и мы одновременно чокаемся бокалами. Мы делаем щедрые глотки и в унисон встаем для длительного, плотного группового объятия.
— Я все еще не могу поверить, что вы ребята женитесь, — мечтательно говорит Таша, возвращаясь на свое место.
