Накачанные парни, не сговариваясь, вошли в комнату, будто стояли под дверью, ожидая указаний. Саске подняли и, как куклу, переодели в прозрачное кимоно, набросив сверху плотный длинный плащ. Волосы Саске собрали в высокий хвост и подновили макияж. Все это время Гаара терпеливо ждал. Наконец один из парней, почтительно поклонившись, обратился к нему:
-Все готово, Гаара – сама.
Гаара быстро вышел в коридор, Саске один из парней подхватил на руки, в то время как остальные, взяв их в кольцо, пошли рядом. Они стали спускаться на выход, мельком Саске заметил выглядывающего из своей комнаты Ли. Тот, подбадривая, приложил палец к губам. И, чуть в стороне стояли Орочимару – сама и еще какой – то высокий мужчина. Шевельнулось какое – то неясное воспоминание, но Саске, оглушенный происходящим, только механически зацепился за диалог Орочимару – самы и его собеседника:
-Разумно ли их выпускать?!
-Когда он в таком настроении, с ним лучше не связываться, он опасен.
-Как знаешь.. я просто по – дружески предупредил.
Саске начали методично таскать по борделям. В каждом из них Гаара требовал самую дорогостоящую шлюху, и делал какие – то ставки. Через Саске прошел, наверное, сонм клиентов. Звенели монеты, его ставили то раком, то швыряли на столы. Под конец их хождений прозрачное кимоно превратилось в две тряпочки, сплошь облитые спермой. Не до конца зажившая кожа на бедрах и руке горела как огонь. В горле пересохло, Саске устал отсасывать и принимать в себя жадные, сочащиеся похотью члены разнообразной длины и размеров. Наконец, когда в очередном вертепе Саске не смог встать ни в позу покорности, ни вообще, куда бы то ни было, его перекинули через плечо и отнесли обратно. И спустя пару минут появился Гаара. В отличие от Саске, уже протрезвевший и бодрый. И с цветами. С розами. Саске, задыхаясь, держась за кровать, сполз в проклятую позу покорности. Влажные от спермы руки дрожали, поэтому он вцепился в обшивку и уперся головой о кроватный валик.
-Итачи.. Достаточно.
Саске открыл глаза и прошептал:
-Правда?
Гаара поднял Саске и отнес в ванную комнату. Ноги Саске дрожали, как и его перетраханное тело, поэтому Гаара молча, опустил его в ванну и, набрав воду, медленно разделся сам и залез к дрожащему парню. Саске всего колотило, а Гаара не спеша мыл его, потом поменял воду и снова занялся им, и постепенно, по мере того, как ванная комната наполнялась воздушными парами, становилось жарче и жарче, Саске стал согреваться, и ему стало уже жарко совсем по другой причине. Гаара целовал губы Саске, целовал его тело, умело, массируя, убирая следы похождений, неожиданно Саске вскрикнул, потому что Гаара, продолжая целовать, аккуратно, не спеша, раздвинул усталую дырочку и медленно ввел свой член. Воды омывали Саске, как омывали его волны начавшегося оргазма.. Гаара чуть приостановился.. Саске, задыхаясь, откинул назад голову, Гаара подхватил его ноги и приподнял Саске повыше, так, что член стал беспрерывно доставать до простаты, и крики наслаждения Саске принялись следовать также беспрерывно. Последний толчок.. самый мощный. Гаара, долго сдерживавшийся, кончил, и со стоном выпустил Саске из рук. Саске в изнеможении сполз в воду.. И улыбнулся: белая полоска отклеилась.. Снова показалась красная Татушка.. Гаара, поймав какой – то озорной взгляд брюнета, увидел в затуманенном стекле зеркала свое отражение, и вдруг, прижав к татушке руку, выскочил из ванной, расплескав воду, ни слова не говоря. Саске оперся о бортик ванной. Хлопнула дверь. «Я подожду тебя, Гаара…» – устало подумал Саске, лежа в остывшей воде. Не хотелось выбираться наружу, выбираться туда, где его ждали розы в вазе, как символ извинения за бордельную любовь (если можно провести такую аналогию). Не хотелось никаких воспоминаний и не хотелось опять попасться в ловушку своего неправильного понимания поступков Гаары. Просто хотелось, хоть на мгновение представить, что Гаара действительно что – то к нему чувствует. Не похоть, не желание обладать красивой шлюхой, не трезвый расчёт. А просто тепло. Или что – то большее...Если бы это было так, хоть на одну сотую долю правды, Саске согласен был вытерпеть многое из того, что уже терпел.
-Шлюха забылась?
Саске вздрогнул. Над ним в облаке испаряющегося пара, стоял Орочимару- сама, и, усмехаясь, перебирал свою цепь.
…Орочимару раздвинул в усмешке губы, густо намазанные черной помадой:
-Я не ошибся в своем выборе. Итачи.. Ты стал воистину самой сладкой и дорогой шлюхой борделя. Но, Итачи, похоже, ты так и не усвоил, эмм.. некоторых норм поведения. И поэтому частенько попадаешь впросак, да, Итачи?!
Саске, разбрызгивая остатки воды, вскочил и прижался к стене.
«-Я не буду!!!
-Что ты не будешь?
-Я не буду вашей девкой!!!
-Ты зря так сказал» И еще.. какая – то комната.. другая, не эта, другая..
Саске увидел себя. И еще в памяти завертелись обрывки фраз «-Я.. могу идти домой?
-Нет.. у меня на тебя свои виды.. после сегодняшней ночи.»