Арина Михайловна начинает плакать. Не хочет больше, чтобы ее сын был летчиком. Престижная и высокооплачиваемая работа, но пусть будет лучше дворником, только живым и рядом с ней.
– Мааам, – подхожу и неумело обнимаю. – Мааам, я же офицер. По-другому нельзя.
– Брось…брось....устройся у нас на заводе. Зачем тебе все это? Неужели непонятно как страшно это все. Ты не знаешь, что я испытала, когда твой вертолет разбился.
– Знаю, но это мое призвание, – строго и четко отвечаю. Как можно представить свою жизнь без полетов? Устроиться на завод? Но это будет не его жизнь и она ему точно не понравится. —Это мое призвание, – повторяю и ухожу собирать вещи.
***
– Сделаю в следующем году ей предложение, – мечтательно говорит мой друг Вова.
– А почему не в этом? – усмехаюсь я.
– Ну … мне еще нужно подумать.
– Тебе уже 29 лет, чего ты все думаешь. Ждешь, когда отправят служить на Дальний Восток?
– Столько девушек хорошеньких вокруг. Такие все аппетитные и свободных нравов. Хотя и после штампа ничего не мешает, чтобы …
– Неправильно, это Вова. Лучше тогда не женись. Вот нагуляешься и вперед. Заводи семью. Зачем девчонке жизнь портить?
– Я же буду ее обеспечивать, заботиться и любить. Но разве можно с одной и той же спать? Мужчины – полигамные существа.
–Фу, какой стереотипный бред.
–Ты безнадежный романтик. И почему у такого благородного офицера нет не только жены, но даже девушки?
Да, у безнадежного романтика, то есть у меня, нет девушки. Сразу после выписки из больницы я разошелся с Мариной. Вдруг стало очевидно, что она не моя судьба. И просто ради секса встречаться не хочется. И как человек она мне неинтересна. Она же предала меня однажды, и я простил. Повелся на такое же дурацкое объяснение, что женщины не могут быть долго одни. Все это ерунда. Оправдание наших низменных инстинктов. Если всего спустя месяц она побежала к Андрею гордо раздвигать ноги, это точно не любовь. И Вова не любит эту бедную Нину. Я уверен, что настоящая любовь уничтожает всю грязь в наших сердцах. Любимым людям изменять нельзя.
–Нам пора идти, опоздаем на поезд.
На улице ливень. И это середина декабря. С ума сойти. Беру зонт и выхожу на улицу. Вова бормочет мне что-то про красивую грудь официантки. А я … меня почему-то одолевает грусть. Скорее бы приехать в гарнизон, скорее бы сесть за штурвал, скорее бы взлететь. И там, среди облаков испытать чувство свободы.
***
– Нет.
– Давай ты только попробуешь? Хорошо?
Две девушки стояли на автобусной остановке и спорили. Одна стояла под дождем спиной ко мне без зонта, и даже капюшон не надела. Казалось ее совсем не трогает, что капли заливают ей лицо, волосы мокрые и она дрожит от холода.
– Тебе только 27 лет. Не нужно так расстраиваться из-за предыдущих своих отношений. Мужчины оказались козлами, но не все такие. Сходи на свидание, развейся.
Вова забежал в киоск купить сигарет, и я стоявший рядом с девушками непроизвольно слышал разговор. Стыдно, конечно, но очень интересно.
– Твой автобус подошел. Вперед. Вечером позвоню.
– А свидание?
– Нет, я свободна от этого, – и она рассмеялась. И от ее смеха сердце сжалось. Она повернулась и посмотрела мне в глаза. Зеленые и солнечные. Вернувшийся с сигаретами Вова дергает меня за плечо. А я смотрю на нее и понимаю, что вот так случайно на автобусной остановке встретил свою судьбу … подхожу и робко говорю ей:
– Не уходи.
Она улыбается и отвечает:
– Я тебя очень долго ждала.
