Там и сям в зале виднелась закованная в железо прислуга. У стены справа разместилась стойка бара из полированного темного дерева, и я побрел туда. Я намеревался заказать выпивку и изучить обстановку, однако не успел реализовать задуманное. Я еще ловил взгляд бармена, когда из-за красных занавесей в дальнем конце зала возник верзила в смокинге и направился в мою сторону. Я повернулся, не слезая с табурета, лицом к нему.
– Вы Шелл Скотт?
– Точно.
– Вам придется уйти.
– Я только что пришел, приятель. И мне хотелось бы...
– Не пудрите мне мозги. В путь, Скотт!
Крутой парень, и оптимист к тому же. Я открыл было рот, чтобы одной энергичной фразой указать ему курс дальнейших действий, но тут же захлопнул пасть, сосчитал до десяти и начал почти ласково:
– Спустите немного пары. Я пришел повидать босса, Эда Нормана. Как насчет того, чтобы известить его о посетителе?
Он вздохнул, взял меня под руку и мягко потянул. Предполагалось, видимо, что на этом все должно и закончиться, но его действия повлияли самым серьёзным образом на часть моих желез внутренней секреции.
Я ощутил, как жар охватил мое лицо.
– Мистер, – сказал я, – отвалите от меня на пару ярдов, и я кое-что вам скажу.
Верзила нахмурился и, не сводя с меня взгляда, переспросил:
– Что? – При этом он отпустил мою руку.
– Я явился, чтобы повидать Эда Нормана, я хочу потолковать с ним, или пусть он выйдет сюда и лично велит мне проваливать. Вы, приятель, можете уговаривать меня всю ночь, но единственный способ меня удалить – это выволочить за ноги. Но прежде чем начать волочить, вам придется обездвижить меня. Так как насчет того, чтобы известить босса о посетителе?
Верзила ухмыльнулся.
– Конечно, я мог бы и выволочить вас. – Он оглядел посетителей и пожал плечами. – Но пусть будет по-вашему.
Повернувшись на каблуках, мой приятель направился к красным портьерам и исчез за ними. Я стал дышать ровнее и вновь взглянул на бармена, который, кажется, преднамеренно игнорировал меня. Получалось так, будто все служащие замка Нормана были предупреждены заранее о том, что беловолосый тип высокого роста является разносчиком опасной инфекции.
Так я и не получил эту чертову выпивку. Мой друг вернулся через пару минут.
– О'кей, твердый орешек. Пошагали к боссу.
Я соскользнул с табурета и последовал за ним. Красное драпри скрывало большую дверь, которая внешне выглядела как деревянная, но на самом деле была из металла. Дверь открылась, и мы прошли через нее.
Здесь тоже был шум голосов, но более сдержанный. Сквозь него безошибочно можно было расслышать стрекот маленького шарика из слоновой кости, катящегося по желобку колеса рулетки, и звон игральных автоматов. Значит, здесь шла игра, о которой говорил мне Трехглазый.
Слева были две рулетки, разделенные столом для игры в кости, на противоположной стороне находились два карточных стола и одна рулетка.
«Однорукие бандиты» были расставлены вдоль трех стен. Я насчитал полдюжины столов для игры в «двадцать одно».
Проходя вслед за своим провожатым мимо стола для игры в кости, я заметил светлую головку, которая показалась мне знакомой. Тонкая фигурка на сей раз была затянута в красное джерси, но все равно эта фигурка принадлежала Вере Пупелл. Я увидел ее профиль в тот момент, когда она глотнула что-то из коктейльного бокала.
Мой гид упорно продвигался вперед, но я остановился рядом с Верой.
– Хэлло, – сказал я, – делаете очередной миллион?
Она обернулась, и ее голубые глазки остановились на моем лице.
– Ничего я не делаю. – Она улыбнулась, узнавая. – Мистер Скотт, как мило. А вы что делаете?
Я ухмыльнулся в ответ.
– Даже не приступил к игре.
Улыбка вдруг исчезла с ее лица, и глаза стали холодными.
– Я вспомнила, – сказала она, – что вы мне не нравитесь.
– Ну конечно...
– Точно. Если вы не нравитесь Эндону, значит, вы не должны нравиться и мне.
– Тогда скажите, почему Эндон не любит меня.
– Спросите его. – Она показала в сторону своим стаканом.
Пуппи даже не заметил меня, настолько он был поглощен игрой. Стопки голубых и красных фишек стояли перед ним.
– Хватит, – раздался голос над моим ухом. Это был мой гид. – Пойдем.
– Не раньше, чем я скажу «хэлло» моим друзьям.
– Ты что, плохо слышишь? – Он впился пальцами в мое плечо.
– Расслабься, приятель, и расслабь свои когти.
Видимо, он тоже не расслышал, потому что дернул меня и произнес:
– Мистер Норман не любит ждать.
Я захватил его пальцы и легонько согнул их. Не в ту сторону. Лицо его приобрело злобный вид.
Я извинился перед Верой и перешел на противоположную сторону стола. Мой провожатый секунду-другую помассировал пальцы и направился за мной.
Остановившись около Пупелла, я сказал:
– Привет!
Он повернулся ко мне, все еще увлеченный игрой. Я не дал ему опомниться. Лишь только его глаза остановились на мне, я тихо спросил:
– Пупелл, что случилось с Брэдом Бендером?
Он судорожно хлебнул воздух, и лицо его мгновенно утратило краски.
