Обнимая Эмму полностью

       Он смеется. – Иногда так и есть. Ты должна отпустить эту ситуацию, Эмс. Ты можешь быть рядом с ней, и сохранять память о ней, находясь далеко от нее, - Уилл целует меня в макушку и прикладывает руку к моему сердцу. – Ты должна поехать в университет, познать жизнь, хватит преодолевать ее. Ныряй глубоко и покоряй волны. Ей бы хотелось именно этого.

      – Она так и написала. – Я смеюсь, из-за грубой шутки, а не из-за того, что мне сейчас весело.

      – Она – крутая леди.

      – Самая лучшая.

      – И ты такая же.

      – Я буду стараться. – И я буду. Буду стараться ради нее. Ради него. Но прежде всего ради себя, потому что не хочу ее подвести.

      – Это все, что мы можем сделать.

      – Черт, посмотри на себя, ведешь себя, как умник.

      – Выпускник университета, малышка. – Он выпячивает свою грудь, чтобы потешить меня.

      – Тааак, не будь слишком самодовольным, вундеркинд, сейчас я тоже студентка.

      – Ага, и после этого лета мы на равных условиях. Подумать только, я вкалывал два года, а моя девушка, только что выпустившаяся, на том же курсе, что и я? Суперотличница.

      – Ну, когда у этой девушки парень был далеко от дома, все те предметы с углубленной программой выглядели привлекательно.

      – А я до сих пор не определился со специальностью. – Он опускает свою голову. В его голосе явно слышатся смущение, отчаяние и стыд.

      – Знаю. – Тупиковая ситуация, которую ни один из нас не решается начать обсуждать. Он должен разобраться с этим вопросом самостоятельно.

      – Подумываю об основах бизнеса.

      – Это разумно, если ты не представляешь, чего тебе хочется. – Мой голос успокаивающий.

      – Я знаю, чего хочу.

      – И я поддерживаю тебя. Но вспомни о том, что ты говорил о необходимости корректировать свои мечты? Я всего лишь хочу, чтобы твой ум воплотился.

      – Это все, что у меня есть. Единственный компромисс, который могу предложить. Мне не хочется ссориться.

      – Мы не ссоримся. Получи бизнес-образование. После игры в профессиональной лиге, если тебе захочется чего-то другого, у тебя будет выбор. Ничто не вечно под луной.

      – За исключением нас.

      – За исключением нас. – Я сокращаю расстояние между нашими губами и целую его так, будто он мой спасательный круг. В это мгновение так и есть. Моя привязь к берегу. Моя константа в этом безумии между нами.

***

      Я останавливаюсь перед спа-салоном. Моя нервозность нарастает, беспокойство расползается по всему телу, душа меня. Я закрываю глаза и выдыхаю.

       – Открой дверь, малышка. – Низкий голос Уилла находит отклик в глубине души, давая мне финальный рывок сделать это.

Этим утром я проснулась, переполненная волнением и с улыбкой, растянувшей мои щеки. На минуту я забылась. Неопределенность, что принесет сегодняшний день, сокрушила меня. Какой она будет? Кем буду я для нее? Я была благодарна за такую возможность, но в то же время нервничала. Не хотелось переутомлять ее, но мне нужен был этот день.

      Мне был нужен он ради меня. 

      Мне был нужен он, чтобы вызывать его в памяти. 

      Мне был нужен он, чтобы хранить его при себе, когда я поеду в университет. 

      Я нуждалась в подтверждении того, на что я надеялась. Я слишком давила на себя и на нее, гадая, был ли сегодняшний день днем, когда, так или иначе, ее диагноз сотрется, и мой страх перед жизнью без бабушки уйдет.

      Я – жадная, веду себя, словно вся жизнь, полная любви и уроков, сведется к одному дню, но я вишу на волоске. Настоящее подавляет прошлое; прошлое, в котором была моя бабушка, а настоящее – это то, где она находится в своем теле, но не в своем уме.

      – Я могу сделать это, - шепчу я.

      – Ты можешь. Не важно, что случится сегодня. Это еще одно воспоминание, которое ты можешь сохранить здесь, – он стучит по моей голове. – Может, оно будет отличаться от того, каким ты его представляешь, но помни, нужно подстраиваться под реальность. Как будто это экстренный выпуск. – Его слова разумны. Поступки благородны. Его любовь исцеляющая.

      Бабушка и ее сиделка ждут в отдельной комнате, из колонок раздается успокаивающая музыка – своевременная ароматерапия… бабушка спокойна. Она улыбается, расслаблена и, смею сказать, в предвкушении. Она болтает со своей сиделкой и прерывается, заметив меня.

      – Это моя подруга. Она пришла отпраздновать мой день рождения. – Это не день ее рождения, и я – ее внучка, черт побери, а не подруга.

      – Привет, бабушка. Привет, Аделаида. – Я позволяю улыбке прицепиться к моему лицу так, как религиозный фанатик цепляется за крест. Так, будто это спасет меня. Поддержит меня, когда я захочу свалиться на пол. – Готова, чтобы тебя побаловали?

Бабушка кивает и ерзает в своем кресле, взволнованная, словно ребенок, попавший в парк аттракционов. Входит координатор и ведет нас в раздевалку, объясняя, что делать, и какие процедуры нам проведут. Они смогли организовать так, чтобы все проходило в одной комнате, таким образом бабушке не нужно будет перемещаться, и можно свести к минимуму ее замешательство. Мы начнем с ухода за лицом и педикюра, а закончим массажем.