хочешь сказать, что хочешь свободы, чтобы напиться и принять сомнительные решения насчёт
боди—арта.
Он рассмеялся, горьким, отрывистым смехом.
— Ты хорошо меня знаешь.
— Да. Знаю. Ты хотя бы дашь мне подвезти тебя до отеля рядом с моим домом? Там
дружелюбны к животным, дядя Мерв и тётя Шер останавливались там с пуделями в прошлом
году.
Он хотел заупрямиться и настоять на том, чтобы самому найти дорогу на свою
собственную чёртову вечеринку жалости, но именно необъяснимый страх попросить её о какой-
либо помощи привёл его к этому беспорядку.
— Никаких лекций. Даже ни намёка. Я серьёзно.
— Ты говоришь, что я не могу доставать тебя гоголь-моголем и говорить о милом клерке
из твоего офиса? О том, кто никогда никого не бросил бы?
Его мама произнесла редкую шутку, и он не смог не рассмеяться.
— Нет, нет, не можешь.
— Дорогой, моя малышка сегодня родила ребёнка, я скучаю по праздничным сборищам
Споновитчей, где надеялась затащить в уголок под омелу симпатичного рекламщика, на
которого положила глаз. А количество гостей на завтрашний ужин колеблется каждый час. Я
сейчас в чрезмерно эмоциональном беспорядке, но, думаю, что справлюсь с молчаливой
поездкой.
— Не обязательно, чтобы была полная тишина, — предложил он, садясь в машину. — Ты
можешь рассказать мне, как давно знаешь второе имя Ноэль.
Он подождал, пока они подъедут к отелю — приятная глупая беседа о ребёнке
закончилась, чтобы задать вопрос, которые беспокоил его двадцать минут.
— Ты заполучила этого рекламщика, который тебя заинтересовал?
— Не говори так шокировано. Ты знаешь, что я с ним встречаюсь.
— Почему ты никогда не выходила замуж снова, когда папа женился?
Ох, он очень пожалеет о том, что спросил это; но они с мамой были похожи не только
слишком драматичными голосами и выгнутыми дугой бровями, но и тем, что имели склонность
выбирать недоступных мужчин или, по крайней мере, из другого города.
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
— Ох, Эдриан, — устало произнесла она, но не в стиле ох-Эдриан-что-ты-натворил-на-
этот-раз. — Я не знаю. На самом деле, по дюжинам причин. Полагаю, мне просто слишком
нравиться быть самой по себе.
— Ага.
— Честно, иногда легче не пытаться, знаешь? Ты не проиграешь, если не будешь
пробовать. А я не хочу снова проиграть.
Женщина потёрла переносицу, на которой обычно сидели её очки для чтения, когда она
переживала о публичных событиях. Она отвела взгляд, будто тут же пожалела о редкой
откровенности.
— Я понимаю.
О боже, понимал ли он? Страдания поглотили все его чувства. Страдания, которых
Эдриан думал избежать, встречаясь с парнями на расстоянии и придерживаясь обычной
дружбы. Как же он ошибался. Геймер боялся полностью раскрыться кому-то, глубоко внутри
думая, что это из-за того, что брак его родителей развалился, и он тоже пострадает. Парень
накинулся на Ноа за то, что тот прятался, но правда состояла в том, что тоже самое делал и он.
Прятался за отношениями, в которых не требовалось вся его сущность, где от него не просили
большего, чем молодой человек был согласен дать.
— Не все проживают свои жизни так же... бесстрашно, как ты. Помни это, — тихо
сказала мама, когда Эдриан выходил из машины.
— Да.
Его горло сжалось. Он был не таким смелым, как она считала.
Эдриан увидел проблеск чего-то настоящего и ценного вместе с Ноа — шанс на то, что у
них может быть семья, совместная жизнь, и впервые хотел оттолкнуть все свои страхи и
неуверенность, и просто ухватиться за этот шанс. Но теперь всё было потеряно, и он остался с
полной уверенностью, что любовь действительно ранит. Отдать всё и получить отказ было
намного хуже, чем сдерживать всё внутри. Только сейчас вопрос был в том, будет ли Ноа
достаточно смел, чтобы пойти за будущим, которого заслуживал, или вернётся к обычному
существованию.
***
Когда Ноа был моложе, он закрывался от споров родителей, забираясь в кровать и
натягивая на голову покрывало. Иногда Рут делала им палатку из одеял, и они прижимались
друг к другу, прячась от пугающего взрослого мира. Теперь археолог был взрослым мужчиной и
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
не мог валяться в кровати как какая-то дева викторианских времён с разбитым сердцем.
Он доехал до Лэндвью в состоянии, похожем на бегство от Рождества, справившись с
семичасовой поездкой за пять с половиной часов, останавливаясь только на заправке. Ноа
понимал, что ему нужно добраться до дома прежде, чем полностью разрушится, и поэтому
заехал в парк для домов на колёсах и автофургонов, который не видел полгода, нашёл своё
место и забрался в кровать. Мужчина вставал, только если надо было вывести Улисса, а все
остальное время провалялся.
