Вадим внезапно перестал орать, голова резко приняла вертикальное положение, и последнее, что запомнил Сноп это ударная волна, которая сметая все на своем пути пронеслась навстречу злотам, а за ней стены, пол, потолок покрылись мглистой изморозью от внезапно нахлынувшего холода...
- Обнуление завершено! - отчеканил Вадим бесцветным голосом, и молочная белизна спала с его глаз.
Больше вокруг никого не было: ни злотов, ни дронов, ни людей. Остались лишь оболочки.
Глава первая. Убийца поневоле.
- Эй, Вадим! Ты не опоздаешь? - из-за приоткрытой двери раздался голос матери. - Под тридцатник лбу, а все в игрушки играешься - не стыдно?!
Вадим посмотрел на часы и больно ударился коленом об стол, соскочив со стула. Вот ведь засада! Через полчаса электричка, а на нем из одежды только легкие шорты. С утра Вадим собирался на дачу к бабушке, но как всегда засиделся за игрой, и дотянул до последней электрички. Оставалось только одно: или бежать сломя голову до платформы, или остаться до утра и выслушать сначала от матери, потом от отца какой он неблагодарный свинтус, который не может выкроить для любимой бабушки и одного дня. Вадим на секунду представил всю эту сцену и решил во чтобы-то ни стало успеть на электричку. В спешке переодевшись в потертые джинсы и рубашку, прихватив ветровку на всякий случай, он рванул к двери.
- Ты лопату забыл! - крикнула вдогонку мать, - и поцелуй там от меня бабушку. Скажи, что мы с отцом приедем в субботу.
"Лопата-то зачем, если у бабки есть своя?" - поморщился Вадим, но опять решил не спорить, и подцепив под мышку уже предусмотрительно завернутую матерью в мешок лопату выбежал на улицу.
Небо на западе лениво алело, Солнце распухло красным диском с неровными краями, и Вадим с досады хлопнул себя по лбу: забыл очки дома, когда причесывался, а, значит, теперь придется прищуриваться и привыкать к тому, что время от времени очертания предметов будут искажаться. Из-за врожденного астигматизма без очков окружающий мир порой принимал затейливые формы: сплюснутая как раздавленное яблоко луна, вогнутые люки колодцев, кривое, вот как сейчас, Солнце. Но вернуться за очками - опоздать на электричку, и получить еще и лекцию на тему сыновьей несобранности... нет это выше его сил! Как-нибудь и так обойдусь, решил Вадим и побежал в сторону "железки". В конце концов, искажения не такие уж и сильные, привычно, а копать огород можно и без очков - немудрена наука. Да и бабушка отчитывать за такие мелочи точно не станет, может даже у нее и запасные очки для любимого внука припасены.
В таких раздумьях он сначала и не расслышал протяжного гудка электропоезда, и только когда до путей оставалось совсем немного, и Вадим увидел замедляющуюся ленту электрички, понял, что безнадежно опоздал. И все же припустил с такой прытью - хоть на Олимпийские игры отправляй! Мозг лихорадочно искал выход, и вскоре нашел, надо было всего лишь срезать немного путь "по железке" через кусты, через канаву, и тогда он еще успеет. Электричка стояла на платформе обычно две минуты - этого времени вполне хватило бы успеть.
Огромными скачками парень перемахнул через канаву, только рассевшиеся для музыкального шоу лягушки в ужасе брызнули в стороны, вот и один путь перескочил, второй. О нет! только не это - Вадима так поглотила электричка, что он не разглядел товарняк, который уже вплотную подошел к платформам и вот-вот отрежет ему путь. Тогда ему уже ни на какую электричку не успеть. Рельсы тяжело гудели, земля дрожала под натиском тяжелогруженных вагонов, ветер донес маслянистый запах нагретой смазки от поезда, - неужели не успеет? С тоской он смотрел как с другой стороны замедляется электропоезд - через считанные мгновения он встретится с товарником, и все кончено!
"Пан или пропал!" - промелькнуло в голове, и Вадим в последнюю секунду пролетел под самым носом "грузового" локомотива и оказался зажат между двумя поездами. По ушам больно ударило волной грохота, захотелось притормозить и закрыть уши, но тогда-то все полетит насморку, и приходилось терпеть. Вадим бежал по ходу электрички, опасливо косясь на стучащий молотом "товарняк". "Только бы не затянуло" - испуганно било сердце. Страх этот, конечно, глупый - скорость поездов слишком мала сейчас у станции для такого печального исхода, но в кошмарах почему-то всегда так и происходило: Вадим стоит у платформы и проходящий мимо товарняк утягивает его за собой под стук колес, - и на этом месте он неизбежно просыпается.
Один вагон, второй, третий - электричка хоть и замедляется, но обгоняет Вадима, и он из последних сил делает еще одно усилие, и еще ускоряется. Легкие горят, пот застилает глаза, и может поэтому он не замечает, как электрическая дуга вдруг проскакивает между пантографом электрички и проводами над товарником, и в следующую секунду Вадим словно впечатывается в мягкую пушистую стену, перед глазами все идет разноцветными кругами, тело проваливается в зябкую мглу, и он летит в искристую трубу.
