— Тихо! — шепотом осадил Эрельвар Стива. Тот дернулся, как от пощечины. «Проклятие!» — подумал Эрельвар. Опыта в подобных делах ему явно не хватает. — Я не хочу, чтобы весь лагерь подслушал наш разговор, — продолжал он более кротко. — Я просто говорю, что знаю о твоих чувствах к ней... Не знаю, насколько они глубоки. Однако должен предупредить тебя. Быть может, в ближайшие день-два она умрет у тебя на глазах; или она, или ты.
Эрельвар терпеливо ждал, пока Стив издавал какие-то невразумительные звуки, пытаясь заговорить.
— Я... люблю ее, Эрельвар, — наконец проговорил он дрожащим голосом и отвел взгляд, будто застыдившись. Эрельвар положил обе ладони Стиву на плечи, заставив юного регира встретиться с ним взглядом.
— Я знаю, что ты чувствуешь. Ты не единственный мужчина, чья женщина в опасности.
Во взгляде Стива засветилось понимание.
— Ох, Боже мой, — выдохнул он. — Эрельвар, как вы могли?.. «Как мог я решиться отдать приказ, обрекающий на смерть женщину, которую я люблю?» — мысленно досказал Эрельвар незаконченный вопрос.
— Я задаю себе тот же вопрос уже не первый день, мой друг. Но ответ по-прежнему ускользает от меня.
С минуту оба просто стояли друг напротив друга, чувствуя неловкость. Потом послышались голоса часовых, объявивших побудку...
— Когда они выступили? — спросил Лаэрдон.
— Пять дней назад, мой принц, — ответил лазутчик.
Прибыв в Кворин, Лаэрдон обнаружил, что город-крепость охраняется только членами королевской рати, предоставленными его отцом в распоряжение Эрельвара. Всех остальных этот морв увел на Равнины.
— Так ты говоришь, что вчера в Умбрию проследовала еще одна волна?
— Да, мой принц.
Это не сулит Эрельвару ничего хорошего. Вероятнее всего, он и войско, предназначенное для Ольванора, перебили друг друга. В противном случае разве он не помешал бы заодно и войску, направляющемуся в Умбрию?
— Ольсанд!
— Да, мой принц?
— Отбери тысячу человек из ополченцев для вылазки в Умбрию. Для морвов будет полной неожиданностью, что ольвы охраняют умбрийские леса.
— Как... прикажете, мой принц.
Не в обычае ольвов оборонять чужие земли, — но эта война преподнесла им много новых уроков. Теперь Ольсанд уже не станет оспаривать приказ принца.
— Остальную тысячу возьмем на Равнины. Будем надеяться, еще не поздно спасти Эрельвара.
Затащить лошадей вверх по склону оказалось крайне нелегко, но как раз потому-то Терон и Эрельвар выбрали именно этот холм. Стив тащил жеребца за повод вместе с тремя другими регирами, а еще один подстегивал животное сзади зеленой веткой, сломанной с одного из немногочисленных кустиков, приткнувшихся на каменистых склонах предгорий. Наконец конь одолел самый крутой участок подъема и взошел на вершину.
— Последний, — с облегчением выдохнул Стив, повалившись на землю. Ночь без сна да еще целый день в пути вымотали его до предела. А после этого пришлось еще и затаскивать сюда лошадей.
— Некогда отдыхать, кавалер Уилкинсон, — сказал нимранин Куприс, протягивая ему лопату. — Меньше чем за день мы должны сделать эту горку неприступной.
Стив со стоном поднялся на ноги, опираясь на лопату, как на посох, и спросил:
— Где?
— Вон там. — Куприс указал на участок, где легионеры уже начали землеройные работы. — Выгребайте грунт, разрыхленный кайлами, и бросайте к каменной стене, что строят дельвы.
Стив направился на указанное место. До сих пор региров не заставляли помогать легионерам в земляных работах. Теперь к работе приставили всех до единого.
Стив бросал землю и гравий лопата за лопатой к невысокой каменной стене, возводимой гномами. Через каждые пару футов из стены торчал наспех заостренный колышек. Дельвы, не занятые на постройке стены, трамбовали грунт, сооружая вал с плоским верхом позади каменной стены.
Армия трудилась весь день до сумерек, прежде чем триумвират командиров решил, что отдых важнее, чем дальнейшие фортификационные работы. Умелые руки дельвов превратили невысокую стенку в шестифутовый барьер. Вал не доходил до ее верха на три фута. Стив не мог не поразиться объему работ, выполненных всего-навсего за один день.
Относительно плоская вершина холма насчитывала более сотни футов в поперечнике. Все это пространство окружала дельвийская стена, ощетинившаяся сотнями кольев. Быть может, еще есть шанс выйти из этой переделки живым и невредимым...
— Поторопись, мой друг, а то прозеваешь обед, — окликнул его Морфаил. Грязь покрывала ольвийского регира с головы до пят — очевидно, он тоже копал землю.
— А что, я выгляжу так же скверно, как и ты? — поинтересовался Стив.
— Может, и похуже, — улыбнулся Морфаил. — Вдохни глубже, друг мой; ничего не чуешь?
Стив понюхал воздух, и рот его наполнился слюной. Пока они копали, кто-то усердно занимался стряпней.
— Мясо? — Откуда взяли мясо? Доставить сюда смогли только те припасы, которые были навьючены... на лошадей.
— Так точно, — подтвердил Морфаил, встретив его вопросительный взгляд. — Осмелюсь сказать, что это не последняя трапеза из конины, которую нам доведется отведать, прежде чем все будет позади.
Стив снова понюхал воздух.
