Оболганный сталинизм. Клевета XX съезда полностью

«Утверждение, что руководители местных управлений НКВД молчаливо сопротивлялись Ежову и что Ежов лишь под угрозой ареста вынуждал их проводить массовые операции, противоречит показаниям другого участника конференции – начальника Оренбургского УНКВД А. И. Успенского (полученные от него во время следствия в апреле 1939 года). По его словам, они “пытались опередить друг друга с отчётами о гигантском количестве арестованных”. Конечно, Успенский ошибался, когда говорил о взятых под арест, поскольку на конференции речь шла о квотах на будущие аресты в каждой из областей. По утверждению Успенского, в ежовской инструкции значилось: “Бей, уничтожай без разбора”; Успенский цитирует слова Ежова, сказанные по поводу уничтожения врагов, что “какое-то число невинных будет тоже истреблено”, но это “неизбежно”. В двух других источниках приводится похожая формулировка: Ежов объявил, что “если в ходе операции будет расстреляна лишняя тысяча, большой беды в том не будет”.

Во время конференции (НКВД 16 июля 1937 года. – Г. Ф.) Ежов и Фриновский беседовали с каждым из приехавших начальников УНКВД, обсуждая запрашиваемые ими квоты на аресты и казни и инструктируя их по поводу мероприятий, связанных с подготовкой и проведением операции. Миронов проинформировал Ежова о «правотроцкистском блоке», раскрытом в руководстве Западно-Сибирского края. Когда он сказал о неубедительности улик против некоторых из задержанных, Ежов возразил: “Ты почему не арестовываешь их? Мы не собираемся работать для тебя, сажать их в тюрьму, затем рассортировывать, отделяя тех, против кого нет улик. Действуй смелее, я уже неоднократно говорил тебе”. Он добавил, что с согласия Миронова в некоторых случаях начальники отделов могут применять “физические меры воздействия”. Когда Успенский спросил Ежова, что делать с 70-летним арестантом, тот отдал приказ расстрелять его…

Успенский был удивлен и встревожен его (Ежова. – Г. Ф.) пьяными разговорами за столом. Во время поездки (по Украине. – Г. Ф.) Ежов непрерывно пил, хвастаясь Успенскому, что держит Политбюро “в руках” и может делать буквально всё, арестовать любого, включая самих членов Политбюро»[349].