«
10 июля 1937 г. Хрущёв запрашивал санкцию на арест и расстрел многих тысяч людей:
«ЦК ВКП(б) –
товарищу СТАЛИНУ И. В.
Сообщаю, что всего уголовных и кулацких элементов, отбывших наказание и осевших в городе Москве и Московской области, учтено – 41 305 чел.
Из них уголовного элемента учтено – 33 436 чел. Имеющиеся материалы дают основания отнести к 1-й категории уголовников 6500 чел., и ко 2-й категории – 26 936 человек. Из этого количества по г. Москве ориентировочно относ. к 1-й категории – 1500 чел. и 2-й категории 5272 чел.
Кулаков, отбывших наказание и осевших в г. Москве и районах области учтено 7869 человек. Имеющийся материал даёт основание отнести из этой группы к 1-й категории 2000 чел. и ко 2-й категории – 5869 человек.
Комиссию просим утвердить в составе тт. Реденс – нач. Управления НКВД по М.о., Маслова – зам. прокурора Московской области, Хрущёва Н. С. – секретаря МК и МГК с правом, в необходимых случаях, замены т. Волковым А. А. – вторым секретарем Московского горкома.
Дж. Гетти цитирует представление Хрущёва для репрессий 41 000 чел. и отмечает:
«В Москве первый секретарь Никита Хрущёв знал, что ему необходимо репрессировать 41 805 кулаков и уголовников.
Почти во всех представлениях, полученных из сорока областей и республик в ответ на телеграмму Сталина, содержались столь же точные цифры»[116].
Гетти продолжает: после серии проходивших в Москве совещаний с участием партийных секретарей и региональных руководителей НКВД были существенно расширены категории лиц, подлежащих репрессиям. Однако в конце концов «контрольные цифры, принятые ранее местными руководителями, были пересмотрены чаще всего в сторону понижения»[117].
Иначе говоря, «центр» – Сталин и Политбюро – пытались ограничить масштабы репрессий.
В пухлом (876 страниц) сочинении Уильяма Таубмана «Хрущёв: человек и его эпоха»[118] нет вообще никаких упоминаний о роли Хрущёва в проведении репрессий в Москве и области, хотя их масштабы были выше, чем где-либо».
Но, касаясь хрущёвских репрессий на Украине, Таубман пишет:
