— Очевидно, мои посетители пришли к такому же заключению. Они заявили, что, если я хочу, чтобы с Александром ничего не случилось, я должен держаться от Олдриджа подальше. Предупреждение было недвусмысленным, как и мой ответ — однозначный и категоричный, но я их хорошенько припугнул. — Дастин стиснул зубы. — Не думаю, чтобы они осмелились приблизиться к Александру. Но я обязан был тебя предупредить.
— Это все, что ты можешь сообщить? — вскинув бровь, спросил Трентон — Любопытно. А мне почему-то кажется, что ты чего-то не договариваешь.
— Если и так, то это не имеет никакого отношения к Александру. Я намерен положить конец проделкам этих мерзавцев.
Герцог задумчиво посмотрел на брата.
— Ты знаешь об исчезновении Ника Олдриджа больше, чем говоришь мне, — произнес он наконец.
— Если верить газетам, его излечение проходит успешно.
— Я спрашиваю не об этом.
— Но я ответил тебе.
Трентон возмущенно фыркнул:
— Нет, тут что-то более серьезное. Позволь мне помочь тебе.
— Не сейчас. — Дастин покатал бокал меж ладоней. — Я обязан соблюдать конфиденциальность.
— К черту конфиденциальность! Чего она стоит, спрашиваю я, если тебе и твоей семье угрожают? Ты же не какой-нибудь сыщик, в конце концов.
— Ты прав. — Слова брата заставили Дастина задуматься. — Но ты подсказал мне отличную идею. Спасибо, Трент. Ты уже помог мне, и гораздо больше, чем можешь себе представить.
— Так ты не хочешь больше ничего мне рассказать?
— Я сказал все, что тебе следует знать. Ты просто должен повнимательнее следить за своей семьей. Между прочим, где сейчас моя обожаемая невестка и мой неугомонный племянник?
— В Броддингтоне. Мы вернулись из Спрейстона сегодня утром. Поэтому я и задержался. Я хотел приехать сразу же, как только получил твою телеграмму. Но Ариана — проницательная женщина. Если бы я чересчур поспешно покинул остров, она бы заподозрила неладное. А я не хочу тревожить ее.
— Правильно. У нее и так забот полон рот с этим восьмимесячным стихийным бедствием. Кстати, об Александре. — Дастин указал на свою верхнюю губу. — Ты заметил, что я сбрил усы? Твоему наследнику придется теперь крепко подумать, какие пытки для меня изобрести. Боюсь, что для этого ему не потребуется много времени.
Трентон проигнорировал игривый тон брата:
— Ты уходишь от вопроса. Почему? Не в твоих привычках что-либо скрывать от меня. Ты взял на себя защиту Ника Олдриджа?
— Трент, давай оставим это. Я не могу сказать больше того, что сказал. Ты просто должен верить мне.
«Верь мне» — собственные слова Дастина прозвучали для него напоминанием о предстоящем вечере.
— Не хочу быть невежливым, но я вынужден прервать наш разговор.
— У тебя какие-то планы на сегодняшний вечер?
— Да.
— Я ее знаю?
— Нет. Но узнаешь. Скоро.
Трентон поставил на стол бокал с недопитым коньяком.
— Звучит серьезно.
— Так оно и есть.
На лице герцога застыло удивление.
— Когда это ты успел? Ты же только неделю назад в Спрейстоне грустил и маялся от одиночества.
— Ах, когда это было! Неделю назад.
— Ты всерьез увлекся кем-то всего за несколько дней?
— За несколько минут, — поправил Дастин. Он выдержал многозначительный взгляд Трентона. — Как это было и у тебя с Арианой.
— То было совершенно другое дело.
— В самом деле? Это почему же?
— Ариане нужна была помощь. А мне была нужна Ариана.
— Ситуация настолько аналогичная, что у меня просто нет слов, — улыбнулся Дастин.
— Дастин, — вскинулся Трентон, — если эта женщина твое очередное увлечение, то…
— Трент, оставь, пожалуйста, свои нравоучения. Ты будешь первым, кто узнает все мои секреты. А теперь возвращайся домой, к Ариане. И не беспокойся об Александре. И обо мне тоже. — Дастин широко улыбнулся. — Ведь мы — Кингсли! Значит, прорвемся.
— Ты намекаешь…
— Спокойной ночи, Трент.
— Ну хорошо! — хватив кулаком по столу, сдался Трентон. — Спокойной ночи. — В дверях он задержался. — Ты позовешь меня, если будет нужна помощь?
— Мне не нужна помощь в общении с женщиной.
— Очень остроумно. Я говорю об угрозах и о том, во что ты ввязался.
— Я призову тебя, как только возникнет необходимость.
— Дастин, будь осторожен!
— Непременно, дорогой брат.
Трентон вновь смерил маркиза задумчивым взглядом.
— Мне не терпится с ней познакомиться. Она, должно быть, восхитительна.
Улыбка тронула губы Дастина.
— Не то слово.
— Платье? — Ник Олдридж так и застыл с открытым ртом. — Ты надела платье?
— Папа, не поднимай шума из-за пустяков. — Николь спускалась по лестнице, критически оглядывая себя с головы до ног. — Как я выгляжу?
Обеспокоенность, с которой был задан вопрос, не ускользнула от внимания Ника.
— Превосходно. Умопомрачительно. Из-за платья. — Ник поднял подбородок дочери и заглянул ей в глаза. — Твои глаза светятся, Ники, я этого раньше не замечал. Свет, я полагаю, зажег Дастин Кингсли.
— Что, так заметно?
— Да. Но не беспокойся, он ничего не заметит. Он так в тебя влюблен, что едва ли сможет поднять глаза.
— Ты и вправду так думаешь?
— Я это знаю. А думаю я о том, что он намерен предпринять в дальнейшем. Ники…
