Она умоляюще оглянулась через плечо. Деклан подмигнул ей. Девушка слегка закатила глаза, затем тепло посмотрела на капитана Корбетта, словно он был самым важным человеком среди участников праздника.
Деклан был уверен в одном: никто никогда не поверит, что эта женщина не графиня, что бы там ни задумывал Эберлин.
Он больше не видел ее вплоть до вечера. Теперь танцы были в полном разгаре, подогреваемые обильными возлияниями в течение всего дня.
Стоя на краю террасы, Деклан увидел за вазами с цветами лиловый шелк платья. Он вгляделся повнимательнее: Кейра стояла, прислонившись спиной к стене и закрыв глаза.
— Я помню, как вы прятались с Лили и Эйрианной за какими-то пальмами в Баллинахите во время рождественского праздника.
Девушка открыла глаза и тепло улыбнулась:
— Ты имеешь в виду тот единственный бал, который проводился и Баллинахите за последние сто лет?
— Ну, положим, всего за десять, — поправил он ее.
— Я хорошо его помню. Мне было тогда четырнадцать.
— А ты уже пыталась устроить судьбу Лили и… как звали того парня?
— Дугал, кажется, — с усталой усмешкой подсказала Кейра. — Ты его помнишь? Он был лишь немногим старше нас и не мог думать ни о чем, кроме плавания по морям, как его отец и дед. Я сейчас уже не помню, почему мы были так твердо убеждены, что он хорошая партия для моей кузины. Возможно, благодаря его красивым глазам.
Деклан улыбнулся.
— Но ты, разумеется, все испортил, — продолжала девушка, игриво нахмурившись. — Представь, что Лили сейчас могла бы быть замужем за морским капитаном, если б ты не вмешался.
— Когда в следующий раз увижу ее, попрошу прощения, встав на колено, что лишил ее шанса на счастье.
Кейра тихо рассмеялась и зевнула.
— Ты измотана. Тебе надо отдохнуть. Пойди приляг.
— Не могу, — покачала она головой, — пока не уйдет последний гость. Но я была бы не против немного прогуляться.
Деклану хотелось заключить ее в объятия, а потом самому уложить в постель и прильнуть к ней.
— Прошу, — сказал он, предложив девушке руку. И повел ее с террасы на лужайку.
Они медленно прошли мимо пустых палаток и столов, мимо бочек, перевернутых на бок. Миновали лужайку для боулинга, где шары все еще лежали так, как остались после окончания игры.
— Я восхищен тобой, девочка, — сказал Деклан. — Ты должна гордиться тем, что сделала для приюта.
Кейра покачала головой и устало опустила глаза.
— Мне многие помогали.
— Да, но без тебя все это было бы невозможно, и не смей со мной спорить.
Она застенчиво улыбнулась:
— Спасибо! Полагаю, у меня есть повод быть довольной. Хотелось бы только, чтобы это было сделано без всякого обмана.
— Ты права, — согласился Деклан. Они прошли чуть дальше, к озеру, где тростниковые факелы уже гасли.
— У тебя была возможность откровенно поговорить с капитаном Корбеттом? — спросила Кейра. — Я не осмелилась — боялась, что он разоблачит меня, если я стану задавать вопросы.
— Была, — ответил Деклан и поведал ей обо всем, что тот рассказал ему о причинах, по которым леди Эшвуд не свидетельствовала в пользу мистера Скотта, а также о подозрениях вокруг ее смерти. Кейра слушала в потрясенном молчании. К тому времени, когда он закончил, они дошли до бельведера.
— Боже, — прошептала она. — Я не знаю, что и думать. — Девушка посмотрела на озеро и вздохнула. — Бедная Лили. Правда будет для нее мучительной.
— Еще бы! — согласился Деклан. — Как бы мне хотелось знать, где находятся эти драгоценности.
— Ты считаешь, их надо продолжать искать? — спросила Кейра.
Деклан несколько мгновений не отрывал взгляда от темной лужайки.
— Обязательно, — ответил он и в эту минуту осознал, что так и поступит. Джозеф Скотт этого заслуживает. Как и твоя тетя. Похоже, это меньшее, что я могу сделать, поскольку буду жить в Китридж-Лодже еще несколько месяцев, пока кобыла не разродится. — Ему понадобится хоть как-то отвлечься, чтобы заполнить дни и часы, когда Кейра обоснуется в Ирландии. — Тебя ведь скоро здесь не будет!
Кейра печально улыбнулась:
— Я не намерена уезжать, Деклан. Хочу помочь тебе найти драгоценности. Надо исправить несправедливость. Если б только я… — Она осеклась, не договорив.
— Ах, дорогая, не будем думать о грустном. — Он положил ладонь ей на талию, привлек к себе и нежно поцеловал. Это был печальный поцелуй, подумалось ему, из тех, что случаются при расставании возлюбленных.
А он любит ее! Вот оно, то особенное чувство, которое он испытывает, которое проникло так глубоко в сердце. Он любит Кейру Ханниган, как никого и никогда не любил, и в эту звездную летнюю ночь хотел бы знать, что ему с этим делать, как совместить эту любовь с вечной неугомонностью своей души.
Он взял ее лицо в ладони, разглядывая его в тусклом свете, скользя взглядом по изящным чертам, стараясь сохранить в своем сердце этот восхитительный, прекрасный образ таким же ярким и реальным, как сейчас.
— Я стану скучать по тебе, милая. — Она нужна ему как воздух.
Кейра обняла его.
— Мне будет нелегко, — прошептала она и с тихим вздохом закрыла глаза.
