Времена повторяются, иногда они совершают полный оборот. Герои произведения – наши современники и люди, жившие много столетий назад – стараются найти верный путь в эпоху перемен. Рассказывается легенда о художнике – искателе истины в Древнем Китае, о любимой книге византийского императора, найденной при разграблении Константинополя в 1453 году, и книге И цзин, которая пытается подсказать ответы на все жизненные вопросы. Предлагаемое читателю произведение о тех, кто пережил крах великих империй (Византии, царской России и СССР), о тех, кто потерял веру в лучшее будущее и ищет новую идею, которая позволяет жить во время кардинальных перемен. В их судьбах и мыслях есть много общего. Оборот времен.
© Курносов И.Н., 2015
© ООО Издательский дом «Библио-глобус», 2015
На экране ноутбука, издававшего неприятные прерывистые, похожие на повизгивание полицейской сирены, звуки, светилось: «Добрый день! Ситуация «Начальная трудность». Общая рекомендация: Требуется стойкость. Не предпринимать активных действий. Искать и создавать помощников. Рекомендация 17–1: Осмотреться, искать союзников и помощников. Оракул перемен».
Альберт, еще не придя в себя до конца после сна, подошел к ноутбуку и отключил звук. Не выспался. «Начался день трудов праведных», – вспомнилась присказка его старого приятеля Юрия. Из-за него он подписался на эту компьютерную программу, которая предсказывает судьбу и дает рекомендации, как себя вести, на основе древней китайской Книги перемен (И Цзин). Их последний спор о том, стоит ли верить предсказаниям, закончился обещанием Альберта в живую проверить их на себе. И представить Юрию доказательства, что все это просто обыкновенная чепуха. Суеверие. Не бесплатно, конечно, за хороший коньяк. Надо наказывать самоуверенных зазнаек.
С укором посмотрел на свои полки с книгами и в который раз решил для себя, что пора прекратить покупку новых книг. Три отличающиеся по высоте, ширине и цвету крепких деревянных шкафа, составлявшие интерьер его однокомнатной квартиры, были плотно забиты книгами, журналами, альбомами и папками. Но сократить их количество он не мог. Вообще избавление от книг было для него всегда мучительным испытанием. Ведь каждая, если он ее приобрел, была когда-то ему нужна, отвечала на интересовавшие вопросы. Не зря же он затратил часть своего личного времени для ее поиска. И некий овеществленный труд (если верить экономистам) в деньгах. Наверное, это чувство ненапрасности потраченного времени и останавливало Альберта. Он не хотел признавать, что не надо было приобретать эти книги, по крайней мере, часть из них.
Иногда ему все-таки удавалось кое-что сдать букинистам или лоточникам, но много книг лежало, дожидаясь своего времени, которого не хватало для чтения. А интересы бежали вперед, словно убегая от погони, и снова оказывалось, что не хватает нужных и интересных книг. И он их покупал. Надо больше читать в электронном виде, решил Альберт. К этому он еще только привыкал. Трудно было воспринимать бледные электронные тексты на маленьком еле светящемся экране ридера как художественную литературу. Не хватало знакомого приятного ощущения книги в руке. Хотя юное племя (в свои сорок с небольшим лет он относил себя к зрелому поколению) уже с детских лет привыкает к компьютерам.
«Поздно лег, надо кончать такую практику. Все успевать днем», – закончил он свою утреннюю умственную заря дк у.
Помылся, сделал зарядку, поставил чайник, оделся, включил радио на новостной волне, побрился, позавтракал. Этот утренний ритуал, рассчитанный по минутам, был выработан годами. Никакого лишнего движения. Все предметы на месте. Там, где всегда.
На столе, рядом с ноутбуком и настольной лампой, лежали несколько толстых книг, заложенных закладками. Они заслоняли бронзовую статуэтку древнего японского воина в чешуйчатых доспехах, верхом на лошади с занесенным копьем, атакующего невидимого противника. Его звериное выражение лица и вид поднявшейся на дыбы лошади говорили, что для кого-то наступил момент истины. Он или погубит противника, или погибнет от него. Или – или. Статуэтку подарили коллеги по прежней работе на день рождения.
На самом краю стола лежала книга без обложки, вернее, только книжный блок, который Альберт нашел среди своих бумаг, пытаясь навести в них порядок. Нужно определиться, что с ней делать. Ведь эта книга – одна из немногих вещей, которая сохранилась от деда как память о нем.
«Ну что ж, искать союзников и помощников – совет верный и нужный. В любом деле», – глядя на рекомендацию Оракула перемен, ярко высвеченную на экране, вслух произнес Альберт.
Из выпуска новостей по радио его зацепили слова: «Для нас, живущих в период кардинальных перемен…». А когда мы жили не в судьбоносное время? Нас всегда убеждали в этом.
Альберт присел у компьютера. Чтобы бы это могло означать? «Требуется стойкость. Не предпринимать активных действий». Почему не предпринимать, какие могут быть угрозы?
Если Альберт не находил достаточных и убедительных оснований, объясняющих ему непонятный факт, то просто не признавал его. И все. Мало ли что в информации искажено или же неправильно истолковано. Так он сохранял гармонию своего сознания, где все было разложено «по полочкам». Он не любил тратить время на выстраивание искусственных тончайших связей, словно осенней паутины в лесу, которые рождались в головах тех, кто был заражен идеей, что все в мире взаимосвязано. И утверждающих, что от расположения звезд зависит даже то, с кем он сегодня встретится и что ему скажут. Чушь.
