Отбирает власть порабощая разум окончательно, его вкус настолько родной, касания языка головокружительные, упиваюсь растворившись. Так он меня целовал тогда, в самый первый раз, уже в машине, когда раздевал и я дико до боли хотела быстрее большего. Потом корила себя и стыдилась, сейчас по-другому, сожалеть не буду. Оторвавшись, стягивает с меня футболку, обхватив лицо ладонями, рассматривает. Монстр в этот момент другой, не тот кем все привыкли его видеть. Выдержать подобный взгляд сложно, стремлюсь подчиниться, прикрыв глаза подставляю губы. Проводит кончиками пальцев, спускается на шею, касания с нажимом распаляют внутри. Продолжает раздевать, шорты только растёгивает.
— Дальше сама, — ставит на ноги.
Остаюсь перед ним в одних стрингах, подаётся ко мне вставая, возвышаясь громадиной, дух захватывает. Скользнув ладонями вдоль тела запускает пальцы под край оставшегося на мне белья, сдался, помогает.
— Как я вовремя, — присвистывает Кирилл.
Влас разворачивается, загораживая меня собой и бросает через плечо:
— Позже, мы заняты.
— Позже будете заняты, сейчас.
— Кир, пошёл вон, — раздражённо рыкнул.
Вздрагиваю непроизвольно, порывы покусать и зацеловать моего монстра испарились. Я голая, а мы не одни, не вдохновляет на приключения любовного характера.
— Хорош развлекаться, разговор есть, — не сдаётся Кирилл.
Громко хлопает дверь.
— Позже продолжим, все припёрлись, — бурчит мне и достаёт из пакета сегодня купленную футболку.
Опасливо поглядываю на дверь. Натягивает на меня не спрашивая.
— У меня своя одежда есть.
Чмокает в губы и дёргает за руку в сторону гостиной. Действительно, переговариваясь все в сборе ожидают нас. Семейные советы напоминает, мать вашу. Приглаживаю волосы, прячу глаза, щёки ощутимо горят. Влас плюхается на диван, меня рядом, обхватив за талию. Другой рукой натягивает огромную футболку мне на бёдра, почти до коленей. Приятно до одури, ясно помню картинки, где он вот так же сидел с девкой, при всех оголял ей ноги и задницу, бесстыдно наглаживая, плевать было кто видит.
Тут я вспоминаю, что срочно должна ему сказать, встрепенулась, Влас тут же склонился к уху, щекоча дыханием шепнул:
— Что?
Присутствующие смотрят на нас, замечаю как Машка с Игорем далеко друг от друга. Да ладно, поссорились…
— Этот тип, что работает здесь, за нами следит, возможно он с ними за одно, — говорю вслух, непроизвольно сжимая пальцы монстра, когда успела ухватить, сама не заметила.
Кирилл смеётся, прикрывая глаза. Какой противный!
— Я тебя сразу раскусила, что ты притворяешься. Нутро твоё почуяла, не знаю каким там чувством, седьмым, восьмым, противный и капризный, избалованный хам, — выдаю зло.
— А Влас уже у нас не хамло? Пушистик? Лапочка? — ехидничает Кирилл.
— По крайней мере не притворялся.
— Моё упущение. — Актёрская игра фльшивит у Кирилла, заметно задели слова.
Смотрим друг на друга чуть не скалясь. Ой… Прикусываю язык, совсем бесстрашная, нашла с кем тягаться.
— Он за тобой следит, оборотень, — говорит Влас. — Каким-то чувством, седьмым или восьмым, чует тебя.
Этого мне ещё не хватало, снова вернулась аритмия.
— Для полной картинки нужно тебя обследовать, — начинает вполне миролюбиво Кир. — Успел проконсультироваться, не зря выбрали на роль приманки, ты сама по себе притягиваешь внимание оборотней, а припарат видимо усиливал эти процессы и все кому дано быть животным, почуяв, им становились. Контроль слетал. Твой ненаглядный тоже с трудом держался, он у нас особенный, принимать таблетки и жить спокойно не хочет. Всё пытается ужиться с монстром внутри и собственными силами контролировать. Но даже его, с глупыми убеждениями, ты заставила принимать лекарство.
Переваривая полученную информацию, в голову начинают лезть дурные мысли, мыльные пузыри в стране розовых грёз один за одним лопаются, антураж меркнет. Сформулировать пока чётко не могу, но тревога закралась. Во всём и везде это поганое но. Я ему ненужна сама по себе, просто тянет неведомая сила инстинктов. Просто… От ужаса хочется прикрыть рот и сдержать вздох. Может крик, кажется в голове сейчас снова поплывёт. Застыла истуканом, язык присох к нёбу. Монстр рядом зашевелился, напрягся, кожей ощущаю рвущиеся из него вопросы.
— Ты посмотри как они срослись, — огорчённо замечает Кирилл, обращаясь к Игорю. — На уровне какого-то там чувства.
— Вот именно, — бросает Машка, вскакивает, и к окну, повернувшись спиной ко всем. — Всего пару недель, а уже.
Игорь возводит глаза к потолку, трёт лоб, устало откидывается и говорит:
— Давайте ближе к делу. Отпуск закончился, а мы всё ещё здесь, так что нужно шевелиться.
— Да уже можно выезжать, вопросы решаются. Миланочка, ты рада? Едешь домой.
Игорь не согласен, мотает головой.
— Нет, Милана пока останется здесь. Мы убедимся, что всё прошло гладко и тогда сможет вернуться к привычной жизни.
Обдаёт с ног до головы жаром. Вот так просто?
— А как же Сергей? Эти его друзья? Преследования, поиски. Вы дом чужой разворотили и сожгли, — эмоции шкалят, говорю на повышеных.
— С трупами, — добавляет Кир.
Выпрямляюсь резко, передёрнув плечами.
