Гэри надеялся, что ребята в группе найдут общий язык. Хотя некоторое напряжение может стимулировать способность к творчеству, к тому же им легче критиковать работы друг друга. Том держал в вытянутой вверх руке книгу Дайера. Гэри понял намек.
— Том прав. Нам нужно обсудить книгу, которую я велел вам прочитать. — Гэри пододвинул стул вперед. — Но Кэт подняла важный вопрос… — Смущаясь, он использовал ее уменьшительное имя, увидев, что она именно так его писала на обложке своей тетради. — Мы можем выбирать при письме, какую лексику использовать: официальную, к например, «леопард-меланист», или же более разговорную, такую как «чёрная пантера». Конечно, если вы скажете «чёрная пантера», вас поймет больше людей. Но если мы будем использовать только знакомые формы, принятые термины станут столь редкими, что постепенно исчезнут из употребления и частица языка отомрет.
Они дружно закивали, и ему стало приятно, словно перетянул на свою сторону всю группу.
— Давайте поговорим о книге, — продолжил он, смахивая волосы с глаз, прекрасно зная, что Кэтриона пристально смотрит на него из-под завесы своих белокурых волос. «У нее не только смазливое личико, — подумал он, продолжая обсуждать роман, — но еще и пытливый ум. Что-то серьезное происходит за этими глазами».
После семинара Гэри быстро собрал вещи в надежде догнать Кэтриону в коридоре. Он слышал голоса Тома и Джима, постепенно стихающие по мере того, как они удалялись все дальше. Молодые люди продолжали горячо обсуждать какой-то вопрос, поднятый во время занятия. Гэри стоял дверью с собранной сумкой в руках, выжидая еще одно мгновение, чтобы двинуться вперед. Но не успел он повернуть в коридор, как тут же наткнулся на Кэтриону, которая стояла метрах в десяти от него и изучала доску объявлений.
— Никогда не знаешь, что найдешь, — произнесла она, когда он подошел поближе. — Иногда я думаю, надо уйти из общежития и снять комнату в городе.
— Думаю, сейчас самое время немного выпить, — сказал Гэри, изучая объявления. — Не хотите присоединиться?
— Вряд ли, — ответила она, доставая пачку «Силк кат» из сумки, сшитой из разноцветных лоскутков, и незаметным движением вставила сигарету между губами. Она прикурила от ярко-розовой зажигалки «Бик» и глубоко затянулась, выдувая дым в пол. — Хотя некоторые мои друзья собираются потом в бар студенческого союза. Почему бы вам не присоединиться?
— Возможно. — Гэри судорожно подсчитывал шансы против того, что приглашение — это замаскированный призыв. Что бы там ни было, а заглянуть в студенческий бар непременно стоило.
— В половине седьмого, — добавила Кэтриона. Она оторвалась от стены, бросила на него мимолетный взгляд и пошла, мягко ступая по отполированному полу коридора своими зелеными ботинками «Доктор Мартенс» и завернувшись в шубу из искусственного меха.
Войдя в бар студенческого союза, Гэри потопал ногами, чтобы согреться, и стряхнул первый в этом году снег с рукавов кожаной куртки. Заведение встретило его привычным оживленным гулом: регбисты с румяными щеками над поднятыми воротниками выходили из бара, уже успев накачаться пивом — пинта за пинтой, музыкальный автомат играл старую рождественскую песенку. Медленно продвигаясь вперед, он высматривал Кэтриону: обшарил взглядом зал, а затем застыл как вкопанный. Внезапно ему стало невыносимо жарко, как будто от раскаленной печи. Звериная стая вольготно расположилась в центре бара: ноги в шутку били по лишенным растительности головам, резцы сверкали. Гэри моргнул, почувствовав, как что-то в желудке опустилось. Кэтриона помахала ему рукой. «Сюда», — казалось, говорила она. Видение исчезло, уступив место волнующемуся морю мохеровых джемперов, дредов, клочковатых бород и сигарет. Здесь же Кэтриона откидывала волосы назад и махала Гэри рукой. Она сидела рядом с неряшливым парнем в куртке цвета хаки, который держал ее за руку. Гэри потер глаза, покачал головой и стал пробираться через толпу к их компании.
Он предложил угостить всех пивом, но, как выяснилось, никто не пьет. Кэтриона высвободилась из объятий неряшливого ухажера. Тот огрызнулся и повернулся к ней спиной. Девушка дотронулась до локтя Гэри.
— Мы собираемся в одно место, — сказала она.
Остальные смеялись, но Гэри не понял, над чем именно.
Они посмотрели на него и опять засмеялись. Он повернулся за поддержкой к Кэтрионе — та с трудом сдерживала улыбку. Через мгновение видение исчезло, но не бесследно. Он чувствовал себя потерянно и неуютно. У кого-то проскочило словечко «дедуля», и Гэри понял, что начинает воспринимать происходящее как параноик. Музыкальный автомат заиграл «С Рождеством всех» группы «Слэйд», и Гэри осознал, что хотя он прекрасно помнил, как танцевал под звуки этой песни, до сих остававшейся лучшей рождественской композицией всех времен и народов, когда она была выпущена, ни один из друзей Кэтрионы еще даже на свет не появился. Если им и доводилось слышать о «Слэйд», то исключительно как о музыкантах, играющих скучный тяжелый рок.
— Классная песня, — сказал один из них, и Гэри тут же насторожился: не издеваются ли над ним?
