Оборотни космоса полностью

Тими всхлипнула, встала, чтобы уйти, но пошатнулась и невольно опёрлась ладонью о Раха, а потом прислонилась к нему лицом и грудью, вцепившись пальцами в курсантскую жилетку:

– Почему меня все прогоняют? тем я мешаю, этим я мешаю!.. Компьютер ей подай, письмо настучать другой дуре! А мне так плохо! Pax, Pax, хоть ты не гони меня!

– Что ты, я – никогда... – Pax осторожно обнял её, и Тими с доверием прижалась к груди Пятипалого, чувствуя, какой он настоящий и надёжный. Как камень! Есть одна душа в граде, которая не оттолкнёт. Он – Рослый! Высшая воля прислала их из заоблачной дали, чтобы помогали и спасали.

«Пусть он спасёт меня, пусть!»

– Говорил же, – гладя её, прошептал Pax, – что он обманет. А я, если что задумал – то сделал; это – железно.

– Золотой Луч, тебе есть чем похвалиться? – Голос и лик старшей секретарши градского совета были обманчиво добрыми. За годы кабинетных игр и сложных переговоров с врагами она так поднаторела в интригах, что даже домашние не в силах были угадать её подлинные мысли. Но полковник Ониго был из того же козырного нао и даже довольно близкий родич старшей секретарши. Они могли подолгу изощряться в экивоках, не меняя приторного выражения лиц.

– Ава, я бросил на решение задачи всех своих спецов. Даже взял кое-кого со стороны.

– Что у тебя за новые кадры? откуда? почему я не знаю?

– Позволю себе утаить до поры. Но тебе известно, что бесполезных в отделе исследований не бывает. Он из рослых народов. Наёмник.

– Возможно, тебе ещё не сообщили – из Чёрного города пришла очередная заява. Она ещё раз подтверждает, что у них есть осведомители и в городцах, и в граде. Чёрные за периметром в курсе того, что и когда у нас произошло. Даже число пострадавших.

– Это вычислит любой грамотный раб, знакомый с математическими моделями. Пять-шесть расчётчиков такого уровня у чёрных есть. – Ониго испытал прилив досады оттого, что Ава получает сводки раньше, чем он. Совет содержит свою тайную разведку, подчас работающую быстрей.

– Боюсь, выжимки заявы скоро появятся в Сети, потом их расшвыряют по площадям и коридорам. Конечно, стража их выметет, но сколько-то разойдётся по карманам и будет прочитано в семьях.

– Теми, кто размножает печатное враньё и непристойные журналы, я не занимаюсь. Обратись к...

– В тексте – старые басни о жадности града, о том, что мы унижаем городецких, морим троглодитов и поём, когда в пещерах за периметром детишки лижут камни и ногтями соскребают плесень на обед. И конечно, стон сезона – гнев, который пал на нас.

– Ава, для исследований нужно время. Я доложу, когда созреет результат.

– Что-то урожай в твоей теплице не торопится. Спеши, Золотой Луч. Граждане волнуются. Наше достижение – чёткая организация – может сыграть с нами скверную шутку, если град выйдет в коридоры и потребует откупиться от сирых и голодных мириадами возков белка. Потом Чёрный город захочет иметь дармовой водопровод, бесплатную энергию, деньги, транспорт, наши шахты для их стартов... Продолжать?

– Давай. Любопытно узнать, как вы видите ситуацию.

– А вот как – чёрные нао войдут в совет и будут диктовать политику. Или навязывать её путём убийств, голодных демонстраций, демагогии – у негодяев много средств, они ничем не побрезгуют. Год, полтора – и они заменят нас собой. Тогда мы станем соответствовать той криминальной репутации, которую нам упорно приписывают враги. Мир мародёров и пиратов.

– Ава, пока у меня не сложилось приемлемой версии. Как только она появится, я тотчас доложу.

– Зато версия есть у всех, кто не состоит в твоей конторе. Очень логичная и ясная, известная из древней правды. Спроси подчинённых – уверена, они её тоже знают. И мы, совет, будем поступать согласно ей. Когда социологи скажут, что дольше медлить нельзя, введём осадное положение. Тут-то двери и загрохочут, как в той считалочке.

– «Запирайте крепче дверь...» – невесело усмехнулся Ониго. – Ава, пойми, это не выход.

– Это позволит выиграть время. И на такие меры мы пойдём ради тебя, Ониго, чтобы ты получил три-четыре недели на расследование. Ищи, как глыбь роют. Камни ешь, но найди причину.