— Замечательно. — проговорила Арри. — Я уже лет двадцать не сидела под стражей. Глядишь и поразвлекаюсь. А, Ирриа?
— Не давите на ребенка. — прорычал Рраиру.
Не прошло и минуты, как в кабинете Ллераи оказалось несколько рамиров-полицейских. Было похоже, что им не надо было показывать кого брать.
— До встречи. — прорычала Арри, когда ее уводили. В ее голосе слышался смешок.
— Я заберу детей с собой. — сказал Рраиру.
— Хорошо. — ответила Ллераи. — Надеюсь, все будет в порядке.
Рраиру вывел Ллари, Ирриа и Марри на улицу и они оказались в небольшом парке.
— Ирриа, ты должна все мне рассказать о ней. — произнес Рраиру. — Я знаю о вас, и знаю, что она заставляет вас скрывать ее.
— Кто эта Мирранела? — спросила Ирриа.
— Она преступник. Мы уже несколько раз ее арестовывали, но ей удавалось бежать. Я вызвал подкрепление, как только увидел ее. На ее счету семь убийств и четыре ограбления.
— Боюсь, что вам придется ее отпустить. — ответила Ирриа.
— Нет уж! — взвыл Рраиру. — Мы не отпустим ее, даже если вы придете ко мне все впятером.
— Ввосьмером. — ответила Ирриа. — А Арри — девятая. И это так же точно, как то, что я Ирриа.
— Ясно. — проговорила Рраиру, затем знаком позвал за собой Ллари и они уехали на машине. Ллари только взглянул на Ирриа, когда машина отъезжала.
Джесси и Магда подождали, пока она исчезнет из виду, а затем ушли от школы и в одно мгновение перенеслись домой.
— Вы прекратили эксперимент? — спросила у Джесси и Магды Ррига.
— В определенном смысле. — проговорила Джесси. — Я не ожидала что произойдет подобное. А вы нам даже не рассказали об этой возможности. Я думаю, что связь не может быть предметом экспериментов.
— Что произошло? — спросила Ррига.
— Я и Ллари вступили в связь. — проговорила Джесси. — Ту самую, о которой мы не слышали от вас ни слова.
— Связ? — Но как это возможно? Вы же… — заговорила Ррига.
— В своем сознании мы не рамиры. — проговорила Джесси. — Но биологически мы были рамирами. Связь — это биологическое проявление, основанное на определенных сознательных состояниях. Проявление, которое является генерацией ДМ-поля. Связь с Ллари была настоящей. Такой, какая она должна быть у рамиров. Вы можете считать меня сумасшедшей, но я не хочу ее разрывать.
— Ты хочешь сказать… — заговорил Ран.
— Что я люблю Ллари. — продолжила Джесси. — Да, я люблю его. И не так, как ребенка, а как равного. И я хочу остаться с ним, хотя это скорее всего приведет к большим трудностям. И первая из них состоит в том, что Рраиру больше не верит нам. Он посчитал Арри неизвестно за кого, за какого-то преступника, на которого она оказалась похожей. А из последних его слов я поняла, что он и нас посчитал за самозванцев. А это значит, что он не будет держать своего слова.
— Значит нам пора менять место жительства. — сказала Ррига.
— И менять себя. — ответила Джесси. — Но я остаюсь Ирриа. Остаюсь для него, чего бы это ни стоило.
— Ты вправе делать все, что хочешь. — сказала Ррига. — А мы.. — Она посмотрела на Рана. — Может, ты скажешь, как это вышло?! — взвыла она.
Джесси взглянула на Рригу, затем на Рана и поняла, что они не смогли вступить в связь, как это должно было быть по природе.
Мысленные слова, направленные к Рану, застаили его в несколько мгновений измениться и выйти из формы оборотня. Он стал тем рамиром, каким был до этого. А дальше уже воздействие ДМ-поля Джесси привело их в действие и они оказались рядом.
— Только так, Ран. — сказала Джесси. — И переход уничтожит твое состояние, если ты не найдешь, в чем разница.
Послышались какие-то звуки снаружи дома, а затем в него влетело несколько рамиров-полицейских.
— Вы арестованы. — проговорил один из них.
— Я же говорила. — произнесла Джесси.
— Вы арестуете и детей? — спросила Ррига.
— Дети есть дети. Они здесь ни при чем. — ответил полицейский.
— Берите нас. — сказала Ррига.
Несколько минут спустя всех вывели из дома и отправили на машинах в участок. А Ирриа и Марри оказались в другой машине и прибыли в другое место.
Один из полицейских провел Джесси и Магду в здание.
— Их родители арестованы. — проговорил рамир другому, встретившему Ирриа и Марри. — Отправьте этих мальчишек в колонию.
— Идите за мной, мальчики. — сказал рамир и двинулся вперед. Ирриа и Марри не двинулись с места. Они вели себя так, словно обращались не к ним.
— Чего вы стоите? — спросил полицейский, который их привел.
— А что? — разыгрывая недоумение спросила Ирриа. — Нас кто-то звал?
— Вы что, не слышали? — спросил второй рамир.
— Вы позвали каких-то мальчиков. — сказала Ирриа. — Но мы-то не мальчики.
— Они разыгрывают из себя девочек. — сказал первый рамир. — Вы разве не поняли, что ваша игра закончилась? — обратился он к Ирриа и Марри.
— Какая игра? — удивленно спросила Ирриа. — Я, сколько себя помню, всегда была девочкой. Марри тоже.
— А что ты скажешь, Марри? — спросил полицейский.
— Она права, хотя и не во всем. Нам незачем ломать комедию и упрямиться из-за того, что вы принимаете нас не за тех, кто мы есть. Тем более, что вы этого и не можете знать. Пойдем, Ирриа.
