– Прости, старый враг, я думал ты уже понял, что я могу стать безумцем, но не дураком. Я не дам тебе воли, я не дам тебе и малейшего шанса завладеть мной. Время идет – ты слабеешь, а каких-то несколько оборотов твой треп я потерплю, – отсмеявшись, бросил король.
Ощущая разом накатившую легкость от своих же слов, Аскар качнул головой. Может это и было его спасение? Дело, на которые он бросит все силы, не дав и малейшего шанса безумию овладеть им?
Всего несколько оборотов – разве это так уж много?
Много. Даже день – самый короткий и быстротечный – это бесконечно много. За этот день может случиться сотня мелочей, что приведут к ночи, за которой уже никогда не последует утро.
– И как ее здесь найти? – озадаченно нахмурившись, поинтересовался Грегуар.
Вечно мрачный и неразговорчивый Маак прекрасно выполнил свою задачу следопыта – привел их аккурат к селению кошар. Раскинувшиеся в долине, точно рассыпанные по кругу горошины, небольшие дома этого странного народца окружили что-то в центре. Теперь, оставалось только найти горе-магичку и убраться как можно незаметнее.
– Она там, – ни мгновения не колеблясь, Рамина решительно указала на центр селения, к которому как раз стекались кошары.
Высыпая из своих домиков, они собирались от окраин к тому, что было скрыто от кшерхов за домами. Спуск в долину был не настолько крут, чтобы можно было заглянуть за эти крыши.
– Уверена? – осторожно уточнила Хиталь.
Рисковать головами Воли, любимого и друга ради туманной возможности девушка не хотела.
– Она – страж, – криво усмехнувшись, только и бросила Воля, прежде чем быстро осмотреться.
Что бы там не происходило, видимо оно было чрезвычайно важно для всех кошар. Прежде чем они приблизились к долине, Грегуар и Маак дважды проверили путь. Последний даже обнаружил несколько мест, где, судя по всему, обычно таились часовые, но сегодня их не было.
Кругом простиралось море разнотравья, в котором утопал весь мир. Достаточно высокий, непрестанно шелестящий покров скрадывал шумы, но и он не смог заглушить звука, что привлек внимание Воли. Нахмурившись, Рамина напряженно замерла, всматриваясь в даль, пока не различила уже не только топот копыт, но и пару всадников.
Пару подозрительно знакомых всадников на смутно знакомых лошадях. Только Тарис разводил этих серых.
– Шарриаш и Лорей, – приложив ладонь козырьком ко лбу, коротко произнес Маак, подтверждая опасения Рамины.
Помимо воли она тихо застонала, прикрыв глаза. Появление здесь Шарриаша могло говорить только об одном…
– Ай да как же, неприятности и без Лейви случились! – разделяя мнение Воли, мрачно пробормотал Грегуар.
– Но как же Ошер и Тард? – встревожилась Хиталь. – Они ведь здравомыслящие мальчики!
– Вот именно – мальчики, – с горечью бросила Рамина, направившись навстречу всадникам.
Еще когда она оставляла эту троицу, Воля предчувствовала какую-то беду, чуяло материнское сердце, что неугомонная дочь на месте не усидит и вот результат. Все, что оставалось ей – снова спешить на выручку любимому чаду и задаваться одним вопросом. Как Аскар, зная, насколько опасна жизнь кшерхов даже без такого, бестолкового и бессмысленного риска, рискнул отправить сына с ними.
Впрочем, об этом можно было подумать позже. Сейчас она была Волей и матерью и твердо вознамерилась всей троице надрать уши.
Алое марево пыли дрожало в воздухе. Под ногами сотен человек, что спешили к главное площади, красная глина дорог стиралась в пыль, поднималась в воздух багровым облаком.
Давно уже в селении не было настолько масштабного празднования, давно уже великий Кош не был так благосклонен к своему народу. Наблюдая с высоты деревянного помоста за людьми, стекающимися к ограде, окружавшей площадь, глава селения довольно поглаживал окладистую бороду.
За тридцать оборотов жизни из которых двадцать прошло в звании кош-атари он видел многое, сумел завоевать уважение и доверие и вот настал тот день, когда доверие к нему стало безграничным. Ведь именно при его власти кошары получают шанс спастись, шанс, дарованный свыше. Ничем другим, кроме божественного провидения, произошедшее быть не могло.
Четверка атари доставлены к ним в один день! И это тогда, когда они уже почти отчаялись вернуть былую славу своему, некогда великому, народу!
Не сумев сдержать улыбки кош-атари снова провел ладонь по бороде.
– Великий Кош послал этого молодого атари упокоить великого атари в бою, если время его подошло. Если же молодой недостоин этого – он отдаст свою жизнь и кровь его выпьет сердце селения нашего... Давно не приносили ему такого великого дара, такого щедрого питья, оттого и теряем мы силу, но это все позади. Сегодня кровь атари прольется во славу Коша и его славного народа!
Громкий голос кош-атари пронесся над всем помостом, что растянулся перед домами, наполовину ограждая площадь. Это были места для любимцев великого Коша – знатных воинов, кош-атари и его ближников.
