- Передам. - Довольный тем, что ему удалось узнать, он кивнул головой и оттянул пояс. - Обязательно передам. - Он повернулся. Глаза его сузились, затем расширились от изумления. - Боже всемогущий, вы только взгляните, что за машина!
Клер посмотрела и увидела, как у бордюра останавливается "Ягуар". Пока Жан-Поль только выпрыгивал из автомобиля, она уже бежала вниз по дорожке и бросилась в его объятья. Они крепко, театрально расцеловались.
- Мммм. - Он снова поцеловал ее. - Лакрица. Засмеявшись, она повернулась и обняла Анжи. - Не могу поверить, что вы здесь.
- И я тоже. - Отбросив назад свои волосы, Анжи долгим, медленным взглядом окинула улицу. В ее представлении самым подходящим нарядом для сельской местности были желто-зеленые хлопчатобумажные брюки, пиджак в тон им и розовая шелковая блузка. На ногах плоские сандалии от Бруно Магли. Итак, это и есть Эммитсборо.
- Именно так. - Клер поцеловала ее. - Как доехали?
- Нас только один раз оштрафовали за превышение скорости.
- Жан-Поль, должно быть, сдает. - Она смотрела, как он вытаскивает из машины два чемодана и кожаную сумку. - Пойдем в дом и выпьем вина, - сказала она им и взяла сумку. Двинувшись по дорожке, она остановилась у грузовика Боба и представила всех друг другу. - Боб Миз, Анжи и Жан-Поль Ле Бо, мои друзья и владельцы галереи из Нью-Йорка. У Боба Миза самая лучшая антикварная лавка в городе.
- Вот как? - Жан-Поль поставил чемодан и протянул тому руку. - Мы непременно заглянем к вам в магазин до отъезда.
- Открыто с десяти до шести, шесть дней в неделю, в воскресенье с двенадцати до пяти. - Боб отметил про себя штиблеты Жан-Поля из крокодиловой кожи и золотой браслет. Ну можно ли себе представить, чтобы мужчина носил браслет, даже если он иностранец. Боб также отметил его экзотическую жену. Всеми этими маленькими подробностями он будет с удовольствием делиться, стоя за прилавком магазинчика до самого закрытия. - Ну, мне пора назад.
- Спасибо, что завез лампу.
- Нет проблем. - Махнув на прощанье рукой, он забрался в грузовик и отъехал.
- Кто-то упомянул о вине, не так ли? - поинтересовалась Анжи.
- Совершенно верно. - Взяв Анжи под руку, Клер двинулась было с ней по дорожке, ведущей к фасаду дома. - В вашу честь я даже отправилась в соседний Фредерик и закупила там партию pouilly-fuisse.
- Подождите-ка. - Жан-Поль шагнул в противоположном направлении. - Ты работаешь здесь, в гараже?
- Да, Но почему бы нам не войти в дом и сначала устроиться? А как вам нравятся эти петунии? Я как раз...
Анжи уже спешила вслед за своим мужем, таща за собой Клер. Набрав воздуха, Клер сжала губы и стала ждать. Ей ужасно хотелось отложить этот момент - и она понимала, что это глупо. Мнение Жан-Поля и Анжи было очень важно для нее. Она знала, что они любили ее. И именно поэтому, они будут честны, даже жестоки в своих оценках, если нужно. Скульптуры, которые она сделала здесь, у себя дома, имели для нее огромное значение. Они были сделаны буквально кровью ее сердца, в большей степени, чем какие-либо другие ее работы.
Она молча стояла поодаль, наблюдая, как они кружат вокруг и осматривают их. Слышала, как Анжи мяго постукивала ногой о бетонный пол, изучая ее деревянную фигуру со всех сторон. Они не обменялись ни словом, ни даже взглядом. Рассматривая металлическую скульптуру, на которую столь неодобрительно только что отреагировал Боб Миз, Жан-Поль вытянул нижнюю губу, что, как знала Клер, означало, что он волнуется.
Там, где Боб видел лишь металлическую головоломку, Жан-Поль разглядел огромный костер, с рвущимися ввысь огненными языками. "Пламя было алчным и угрожающим", - подумал он. У него даже мурашки побежали по коже. Он попытался представить себе, что именно было поглощено этим пламенем.
Не говоря ни слова, он всматривался теперь в руку из глины, которую Клер обожгла лишь накануне. "Рука молодая и дерзкая, - пронеслось у него в голове. - Равно готовая к жестокости и героизму". Он снова вытянул губу и перешел к следующей работе.
Переминаясь с ноги на ногу, Клер засунула руки в карманы, затем опять вытащила их. "Зачем она подвергает себя этому, - спрашивала она себя. Буквально каждый раз у нее было ощущение, будто она вырывает из своего нутра свои чувства, свои фантазии и страхи и отдает их на всеобщее обозрение. А от этого ей так и не становилось лучше, не становилось легче, - размышляла она, вытирая повлажневшие ладони о джинсы. - Если у нее есть хоть капля здравого смысла, то ей лучше пойти в продавщицы".
Чета Ле Бо остановилась у металлической скульптуры, навеянной ночным кошмаром Клер. Они еще так и не перемолвились ни единым словом. Какое бы безмолвное общение ни происходило между ними. Клер этого все равно бы не смогла понять. Когда Жан-Поль повернулся к ней, у нее перехватило дыхание. Когда он положил руки ей на плечи, выражение его лица было торжественным. Наклонившись, он поцеловал ее в обе щеки.
- Поразительно.
Клер, присвистнув, выдохнула. - Слава Богу.
