– Я – трусиха. – Она слабо улыбнулась. – Я не хочу думать о завтрашнем дне и пытаюсь забыть вчерашний. Перед приходом миссис Атертон у меня в голове все время звучало это песнопение. Я пыталась вытеснить его из головы, хотя понимала, что оно может что-то означать.
– Песнопение? – Клер дотронулась до ее руки. – Ты можешь припомнить точнее?
– Одо сисале са. Зодо… что-то вроде этого. Тарабарщина. Но она не выходит у меня из головы. Мне уже начинает казаться, что в моем мозгу что-то сдвинулось, а врачи не могут определить, где.
– Думаю, это оттого, что ты начала вспоминать какие-то отдельные куски. Ты рассказала об этом Кэму?
– Нет, я еще никому не рассказывала.
– Не возражаешь, если я ему расскажу?
– Нет. – Лайза пожала плечами. – Если это сколько-нибудь пригодится.
– Эта Макдональд начинает припоминать кое-что. – Мэр Атертон аккуратно погрузил вилку в горячий яблочный пай. – Возможно, придется что-то предпринять.
– Предпринять? – Боб Миз дернул воротник своей рубашки. Он был слишком тесен. Все казалось ему слишком тесным. Даже его боксерские трусы жали ему. – Было темно. Она ничего толком не видела. А еще этот шериф, он все время стережет ее. Не отходит.
Атертон промолчал и ласково улыбнулся Элис, когда та подошла налить ему еще кофе. – Пай, как всегда, превосходный.
– Я передам ваши слова. Обязательно скажите миссис Атертон, что цветы, которые Женский клуб высадил в парке, очень красивы. Такой чудесный оттенок.
– Она будет рада, что тебе они понравились. – Он подцепил вилкой еще один кусок пая, дожидаясь, пока Элис отойдет к другому столику. Рассеянно стал постукивать ногой в такт номера, исполняемого Уилли Нельсоном. – Мы еще не знаем точно, что она видела, – продолжил она. – А о шерифе вряд ли стоит беспокоиться.
Боб отхлебнул кофе и с трудом проглотил его. – Я думаю, то есть некоторые из нас, которые думают, что дела немного пошли не туда…– Он запнулся и онемел под взглядом Атертона, в глазах которого сверкнул холодный огонь гнева.
– Некоторые из нас? – мягко спросил Атертон.
– Просто дело в том, что… раньше это было…– Весело, видимо, хотел сказать Боб, но это словао показалось ему совершенно неподходящим. – Я имел в виду, что раньше были животные, так ведь. И не было никаких неприятностей. Никогда не было никаких неприятностей.
– Ты, наверное, слишком молод, чтобы помнить случай с Джеком Кимболлом.
– Нет. Вернее, я хочу сказать, что это было до меня. Но за последний год – два многое стало меняться. – Взгляд Боба заметался по комнате. – Эти жертвоприношения… и Бифф. Некоторые из нас беспокоятся.
– Твоя судьба в руках Повелителя, – ровным тоном напомнил ему Атертон, точно так же, как он бы напомнил нерадивому школьнику доделать задание. – Ты подвергаешь сомнению его? Или меня?
– Нет-нет. Просто я… просто некоторые из нас подумывают, а не стоит ли нам на время немного затихнуть, пока все не успокоится. Да и этот Блейр Кимболл проводил расспросы.
– Репортерская болезнь, – сказал Атерторн, слабо отмахнувшись рукой. – Он не долго здесь пробудет.
– Но Рафферти останется, – упрямо произнес Боб. – А когда выяснится насчет Сары…
– Шлюха получила по заслугам, – Атертон наклонился вперед с добродушным выражением на лице. – Что это еще за проявление слабости? Оно меня беспокоит. – Я просто не хочу никаких неприятностей. Я должен думать о жене и детях.
– Да, по поводу твоей жены. – Атертон снова откинулся назад, слегка вытер губы бумажной салфеткой. – Может быть, тебе интересно будет узнать, что твоя Бонни Сью спит с другим мужчиной.
Сначала Боб мертвенно побледнел, затем побагровел. – Это ложь! Грязная ложь!
– Поосторожней. – Выражение лица Атертона нисколько не изменилось, но Боб снова побледнел. – Женщины – потаскухи, – спокойно произнес он. – Такова их суть. А теперь я хочу напомнить тебе, что нет пути назад с дороги, которую ты выбрал. Ты отмечен. Были другие, кто пытался свернуть с нее, но заплатили за это.
– Я не хочу никаких неприятностей, – промямлил Боб.
– Разумеется, не хочешь. У нас их и не будет, кроме тех, которые мы сами навлечем на себя. Мальчик будет следить за Лайзой Макдональд. А что касается тебя…– Тут он снова улыбнулся. – Для тебя у меня два задания. Первое – передать всем недовольным, что есть только один верховный жрец. И второе – вынести одну определенную статую из гаража Кимболл и доставить ее на наше место в лесу.
– Вы хотите, чтобы я украл эту металлическую штуку прямо из-под носа Клер?
– Прояви изобретательность. – Атертон похлопал Боба по руке. – Я знаю, что могу рассчитывать на твою преданность. И твой страх.
Кэм еще раз позвонил во Флориду. Потратив массу времени и проявив максимум настойчивости, он сумел проследить путь бывшего шерифа из Форта Лодердейла в Неаполь, из Неаполя в Аркадию, из Аркадии в Майами, а оттуда до маленького городка на берегу озера Окичоби. Паркер сменил все эти города за шесть месяцев. На взгляд Кэма, это скорее походило на бегство. Но от чего он бежал?
– Шериф Арнет слушает.
– Шериф Арнет, это шериф Рафферти, Эммитсборо, Мэриленд.
