На стакане, стоящем на письменном столе перед Амато, еще сохранился ободок пены от наскоро проглоченной бромовой сельтерской воды. На столике возле письменного стола лежала целая коллекция лекарств – пилюли, бутылочки с жидкостями, порошки, и было видно, что совсем недавно все это трогали. Амато был худым, смуглым, высоким сорокалетним мужчиной, а в данный момент еще и очень бледным. Уроженец Рима, в молодости он, наверное, слыл очень красивым, с профилем как у Цезаря на старой монете. Теперь же несколько обрюзг от диспепсии и зарождающейся язвы. Когда Шамбрэн вошел в его офис, Амато заломил руки, как мать у могилы погибшего героя.
– Если я сейчас умру без всякого предупреждения, что вы станете делать? – спросил он.
– Попытаюсь нанять другого банкетного менеджера из отеля «Пьер», – спокойно ответил управляющий и, присев у письменного стола, закурил свою неизменную египетскую сигарету.
– Как я могу закупить мясо одного возраста для двухсот пятидесяти гостей? – завопил мистер Амато. – За такое короткое время невозможно купить мясо нужного качества!
– Тогда пусть едят пироги, – улыбнулся Шамбрэн.
– Да знаете ли вы, что это значит? – продолжал кричать Амато. – Споры вокруг каждого блюда, каждой бутылки вина, каждой детали сервиса! А когда мы сделаем все так, как он хочет, Его Величество заявит, что все не так. Мои лучшие метрдотели ничего не станут делать, если только оплата не будет очень высокой.
– Оплата будет такой, как он захочет, – буркнул Шамбрэн.
– Я знаю это по последнему разу! Цветы с Гавайских островов, специальная лососина с канадского северо-запада, вина, которых нет в наших подвалах…
– Да, у нас нет таких вин, – согласился управляющий.
– Что ему взбредет на этот раз?
– Советую вам подкинуть ему один-два коварных финта.
– Финта?
– Дожмите его, как говорят по телевидению.
– Но как?
Шамбрэн тронул свои черные усики выхоленным указательным пальцем.
– Суп из хвостов кенгуру! К нему, кстати, можно подать специальную мадеру.
– Суп из хвостов кенгуру?! Управляющий мечтательно улыбнулся:
– Только что привезенных из Австралии.
– А это хорошо? – ухватился за предложение Амато.
– Суп невероятно отвратителен на вкус, – радостно сообщил Шамбрэн. – Но все двести пятьдесят гостей съедят его до последней капли, потому что никто из них все равно ничего не поймет. А вам это доставит мгновение истинного удовольствия.
На бледных губах менеджера по банкетам промелькнула грустная улыбка.
– Суп из хвостов кенгуру, – тихо повторил он. – Благодарю вас, мистер Шамбрэн.
– Не стоит благодарности. – Управляющий положил сигарету. – Я понимаю, что молодое мясо – это проблема. Попробуйте артишоки и пюре из каштанов.
– Вам не потребуется никого нанимать, если я скончаюсь, – польстил ему Амато.
– Займитесь своей работой. Не убьет же вас Его Величество. А через неделю наступит новый понедельник, и для вас все уже будет позади. – Шамбрэн посмотрел на часы, которые висели позади письменного стола Амато. Они показывали без одной минуты десять. – Предлагаю вам выпить еще стаканчик бромовой – и вперед, мой друг.
* * *
Миссис Вич, старшая телефонистка, действовала быстро и умело. Уже без пяти десять все необходимые соединения были сделаны, и Джейн Приндл, курносая рыжеволосая девушка, ее лучший оператор, сидела за пультом, через который должны были проходить все звонки в пентхаус и из него, а также к мистеру Амато, которому скоро должны будут начать звонить со всего света.
Над ячейкой пентхауса «М» загорелась красная лампочка.
– Ну вот, начинается, – сухо констатировала Джейн и, соединившись, сладким голосом проворковала: – Да, пожалуйста?
В трубке послышался высокий холодный голос с сильными британскими интонациями:
– Пожалуйста, точное время.
Джейн быстро разъединилась с пентхаусом.
– Его Величество дает миллионный прием, но слишком беден, чтобы купить себе часы. – И, восстановив связь, сладким голосом пропела: – Десять часов одна минута.
– Вы уверены?
– Да, сэр. У нас часы «Вестерн юнион».
– Благодарю вас.
В пентхаусе положили трубку.
– Ну вот, теперь он знает, который час, – объявила девушка.
– Соедините меня с мистером Амато, – попросила миссис Вич телефонистку, сидящую рядом с Джейн.
Менеджер по банкетам ответил не совсем любезно.
– Это миссис Вич, мистер Амато, – представилась главная телефонистка.
– Его Величество только что звонил, чтобы проверить время. Вы опаздываете на назначенную вам встречу уже на одну минуту и тридцать четыре секунды.
– О Боже! – вырвалось у Амато.
Когда мужчина достигает почтенного семидесятипятилетнего возраста, кажется вполне логичным, что он хочет отметить свой юбилей. А если к тому же это знаменитый, известный всему миру человек, которому более пятидесяти лет сопутствовали лишь выдающиеся успехи в его деле, можно ожидать, что многие не менее известные люди приложат все усилия, чтобы на нем присутствовать.
