Автобус заурчал, задымил и тронулся медленно, как бык, за которого зацепили тяжелое бревно. Тайгиб помахал рукой и прокричал:
– Через пять лет бронируй мне тоже место в училище.
Женщины рядом засмеялись и похлопали по плечу всегда веселого Тайгиба, который тоже подавал серьезные надежды.
У Магомеда впереди была дорога в неизвестность, позади детство, переполненное мечтами, и он, сквозь окно автобуса, не мог разбираться с чувствами, которые переполняли его внутренний мир.
Город Ейск с радушием открыл свои двери перед большой шумной группой абитуриентов из Дагестана численностью шестьдесят человек: погода была теплой, солнечной; люди на вокзале приветливо улыбались.
Когда Магомед вошел во внутренний двор через железные ворота, перед ним предстала вся картина другой жизни – военной: на плацу стояла шеренга ранее прибывших абитуриентов училища, которая получала взбучку от командира по физической подготовке.
– Следующий! – крикнул командир.
Худой, со смешинкой на губах, с кепкой набекрень, пошатнул свои кости в плечах и беспомощно уставился на перекладину, никак не решаясь повиснуть.
– Товарищ командир, зачем мне это надо – я в небо хочу.
– Разговорчики!
Он прыгнул и повис – такое ощущение как будто руки оторвутся от плеч. Начал подтягиваться – раз, два, три и сброс.
Командир гневно помотал головой.
– И ты мечтаешь стать летчиком курсантом Ейского училища… Ты кто и откуда?
– Орлов. Я из Ростова.
– Детка, пока не поздно, забирай свои документы и иди домой осваивать колхоз. Понял?
– Нет, не понял, – он смотрел в глаза прапорщика в упор. – Я – чемпион, товарищ прапорщик.
Прапорщик наклонил голову, сведя губы в дудочку. Он остановил взгляд на бицепсах Орлова, подошел и пощупал их.
– Ты чемпион с такими мускулами?
– А что? В шахматах нужна голова, а не сила.
Раскат смеха по шеренге.
Прапорщик сделал шаг в сторону и остановился перед высоким сутуловатым юношей.
– Представься.
– Курсант Соколов.
– Вы что, совсем что ли не с того? – сказал прапорщик и покрутил палец у виска. – Чтобы стать курсантом, надо еще заслужить. Чего горбишься?
– С турника вчера упал.
Прапорщик с минуту размышлял, какая там высота турника для такого длинного верзилы.
– Вниз головой?
– Да.
– Как умудрился?
– Да мне помогли повеситься вниз головой за колена и ушли, – сказал Соколов. – Минут пять выдержал, скрипя зубами, а потом упал.
– Ну и набор в этом году: одни артисты и шахматисты.
Прапорщик заметил, как шеренга одновременно бросила взгляд за его спину. К турнику приближался молодой парень с чемоданом в руке. Он подошел к турнику и остановился.
– Можно? – он попросился на турник с довольным и уверенным выражением на лице.
– Ну, давай, – согласился капитан. – Покажи.
С плаца на фоне асфальта и зеленых газонов стеной, извиваясь, поднимались волны тепла. Из-за угла здания появилась фигура начальника училища в генеральских погонах. Он шел на осмотр абитуриентов. Офицер и прапорщик напряглись и подтянули выправку.
Магомед с секунды стоял, сосредотачиваясь и сделав глубокий вздох, глаза застыли на перекладине. Прыжок, и он неподвижно повис в воздухе, со строго вытянутыми носками. Как у акробата. Затем резко подтянулся и, сманеврировав локтями, вмиг оказался над перекладиной, опираясь на вытянутые руки.
Раздались возгласы. Капитан взмыл вверх брови. Прапорщик помотал головой. Генерал в нескольких шагах от турника остановился…
В следующий момент Магомед, раскачав ноги от туловища, отпрыгнул от перекладины и сходу перешел на «солнце» и, на глазах зачарованной толпы, сделал несколько оборотов вокруг перекладины, которая стала изгибаться под действием центробежных сил.
– Вот так надо всем! – воскликнул капитан.
Генерал осмотрел Магомеда с ног до головы.
Перед ним стоял радостный с сияющей улыбкой молодой парень атлетического телосложения с широкими плечами. Выпуклая грудная клетка, выступающая над узкими бедрами, производила впечатление – настоящий атлет и готовый летчик-испытатель по физической подготовке. Четырехугольный подбородок и выступающие скулы свидетельствовали о силе характера.
– Вылитый Танкаев, – сказал генерал. – Из Дагестана?
– Да, товарищ генерал, – четко и гордо произнес Магомед, с сожалением подумав о том, что не знает никакого Танкаева.
Генерал повелел офицеру взять Магомеда на заметку.
Прапорщик, когда отошел генерал, возмутился:
– Так сразу взять на заметку одного – за театральность, другого – за грубую силу.
– Это не твое дело, – ответил офицер. – Твоя задача следить за тем, чтобы их быт был налажен, как положено.
Протискиваясь в казарму, Магомеда в дверях прижал Орлов. – Слышишь, земляк, если ты научишь меня так летать на турнике, то я тебе покажу хорошее место в казарме возле меня? – А ты кто, командир?
– Нет пока. Я прибыл сюда раньше вас на два дня, и на правах старика я могу выделить тебе место рядом со мной возле окна. – Он протянул руку. – Андрей.
Вот так Магомед познакомился с человеком, который стал ему другом навсегда – шустрый, веселый, сообразительный и всегда улыбающийся.
