— Учитель, приготовьтесь! — в комлинке раздался бодрый голос Энакина, и в эту же секунду вся пещера затряслась.
— Мол! — закричал Оби-Ван, пока Сестры ночи не опомнились, и тот, недолго думая, схватил свою мать на руки и побежал с ней к выходу.
Оби-Ван старался не оглядываться. Вокруг снова появился зеленый туман — Талзин пыталась удержать падающие камни.
— Ты что, опять посадил пацана за штурвал моего корабля?! — крикнул Мол и увернулся от летящего камня.
— В этот раз он знает куда нажимать!
— Я вижу!
— Не тормози и беги, потом увидишь! И вообще это не твой корабль, а Ордена!
— Я вам не мешаю?! — вернула колкость мать Мола. — Осторожно!
Оби-Ван Силой отвел от них падающий камень. Позади кричали Сестры ночи, Талзин что-то говорила про подойти всем к ней, но вслушиваться не было времени. Они выбежали наружу, и только тогда Оби-Ван сказал Энакину закончить обстрел — он так увлекся, что не заметил их прибытия.
Они смогли выдохнуть только когда поднялись на борт. Мол упал вместе с матерью на пол, и Оби-Ван оставил их, чтобы проверить Энакина.
— У нас получилось?
— Да, Энакин. Давай улетать.
— Хорошо, учитель, только у нас турбина перегрелась.
Оби-Ван тяжело вздохнул. Когда в их жизни бывало легко?
Мать Мола, Кайсина, предложила увести корабль на другую сторону планеты, к деревне Братьев ночи.
— Так тебя зовут Кайсина? — удивился Мол, и Оби-Вана это очень насмешило. — Хватит ржать, Кеноби! Я всегда звал ее мамой, откуда мне было знать!
— А я знал, что мою маму зовут Шми, — прокомментировал Энакин и загнал Мола в угол.
Вопреки ожиданиям, Братья ночи встретили их нерадостно. На секунду Оби-Ван успел подумать, что зря они сюда прилетели, но увидев Кайсину, неприветливые забраки сразу занялись ее путами и починкой корабля. Смотреть на это было странно — целое племя слушалось беззащитную Сестру ночи и никто даже не подумал ей перечить.
Как хорошо, что его Мол рос в Ордене.
— Талзин еще не умерла, — сообщила она, когда они смогли немного отдохнуть. — Если мы победим, то освободимся от ее тирании, — Кайсина смотрела на всех, но само собой, ее интересовал только сын.
Который отказался. На этот раз Оби-Ван постарался не засмеяться. Он обожал своего Мола.
— Мать, подавай прошение в Совет, — сказал Мол. — Мы сейчас закончим ремонт и полетим на свою миссию. К тебе прилетит кто-то другой, но ты можешь попросить прислать к тебе Мейса Винду, он уже имел с Талзин дело.
— Но… ох, я вижу, — она скорбно поджала губы. — Ты на самом деле джедай.
Он виновато развел руками — уж какой есть.
— Жаль, что не на что было записать, — тихо сказал ему Оби-Ван, когда они улетели. — Совет бы помер всем составом.
Энакину доверили вести корабль, и у них было немного времени, чтобы провести его наедине. Мол достал подаренные мамой уродливые шипастые фрукты, посадил Оби-Вана на колени и они вместе лениво счищали с них кожуру.
— Они от меня так просто не избавятся.
— Хах. Расскажу о тебе магистру Винду, какой ты у него упорный и целеустремленный.
— Я сам ему расскажу, — Мол кивнул своим же словам. — Все расскажу, особенно про вас с Энакином.
— А что про нас с Энакином? — не понял Оби-Ван и вопросительно посмотрел на Мола.
Тот глянул на него исподлобья и пожал плечами, не отрываясь от чистки своего фрукта.
— Как вы отлично сработались и не налажали, конечно же. Кстати, готовься. Проверять вас должна будет миссия, на которую мы летим. Я этого, само собой, не говорил.
— Что?!
Это что получается, рогатая бестолочь летела с ними, чтобы шпионить и докладывать?!
Так вот почему магистр Винду не вмешивался и не лез к ним с Энакином, он просто пошел по другому пути!
— Тихо, Кеноби, я бы все равно сказал, что вы справляетесь, — Мол обнял Оби-Вана грязными от сока фрукта руками и крепко прижал к себе.
— Не вытирай об меня руки, — пробурчал Оби-Ван.
— Робу наденешь, никто не заметит. Кстати, я там немного поговорил с мамой, пусть пацан ждет подарок, — добавил Мол после того, как Оби-Ван перестал вырываться и обнял его за шею.
— Что еще за подарок?
Мол загадочно улыбнулся, и они соприкоснулись лбами. Сила, и как он только мог послушать эти проклятые голоса. Бросить друг друга? Смерть милосердней.
— Увидишь.
Подарком оказалась небольшая датакарта с коротким посланием. В нем Шми Скайуокер говорила о том, какой Энакин молодец и сдержал обещание освободить ее.
— Но я же ничего не сделал, — недоумевал Энакин.
— Смотри, она еще не закончила, — Оби-Ван тоже не понимал, что происходит, пока она не попросила передать магистру Винду спасибо за помощь в датомирском конфликте.
— Это Кайсина! Она освободила маму!
— И хотя я не вижу тебя, Энакин, я знаю, что ты среди хороших людей. Будь счастлив, сынок! — Шми старалась держаться ради сына, улыбалась до конца.
Оби-Ван слушал ее напутствие и чувствовал отголоски эмоций Энакина. Постоянная тревога наконец-то покидала его сердце.
«Спасибо, Энакину стало лучше», — передал он через Силу. — «Ты молодец».
«Да, я такой», — самодовольно отозвался Мол.