Всю дорогу мы любовались красивыми местными пейзажами. И хотя, прибыли мы в те места далеко не курортниками, но все же панорама, открывавшаяся нам, равнинным людям, никогда не бывавшим в горах, завораживала. Дикая природа, сосновые леса, дубовые рощи, пышные луга, ну и конечно, горы и скалы, чистейший воздух. На нескольких участках дороги работала техника, устраняя обрушение скального массива после проливных дождей.
В Буйнакске мы заехали в огромную военную часть министерства обороны. Стояли танки и военная техника. Сапер проводил нас в казарму, где жили инженеры. Сдали оружие в местную КХО и пока ждали новых вводных, осматривались в части.
К нам подошла компания кавказцев — бойцы срочной службы, крепко сложенные ребята: «Салам! Вы откуда, парни?» — спросил один из бойцов, у которого подтяжки от формы висели на жопе, как у рэпера из Гарлема.
Наш внешний вид оставлял желать лучшего. Мы выглядели боевыми бомжами: обувь потеряла прежний вид, форма зашитая не один раз, пестрела зарплатами.
Мирно побеседовав с солдатами, которые скорее напоминали гражданских, мы пожали друг другу руки и разошлись.
Минут десять спустя лейтенант проводил нас в столовую.
Столовая была такая же гигантская, как и сама часть. Подошли к раздаче, где питаются офицеры, получили еду, сели за стол. На подносе стояла тарелка с тушеной капустой, фаршированной мясом (блюдо это из неизвестной нам кухни гордо именовалось «Бигусом»[96]), кружка чая, хлеб и яйцо.
Как только мы приступили к своей нехитрой трапезе, к нашему столу подскочил низкорослый мускулистый кавказец. Обильно жестикулируя и пыхтя, он, насколько мы поняли по его прерывистой, гортанной речи, выражал недовольство тем, что мы едим в офицерской столовой.
Ну, ладно, мы были прикомандированными. Да и вообще, офицер сам привёл нас сюда.
Дисциплинка в подразделении была ещё та! Эти «аборигены» почему здесь слоняются? Солдаты, нарушая расписание, бродят группами по части? А теперь этот «голодающий Поволжья» еще и вознамерился пообедать в офицерской столовой? Да ещё что-то нам предъявляет? Странные дела! Что тут вообще происходит?
Лейтенант, видя наше недоумение, подошел к солдату:
— Ты что тут забыл, воин? — резко одёрнул он распоясавшегося молодца.
Земляки-сослуживцы подхватили под руки своего недовольного товарища и увели из столовой. Издали еще какое-то время доносились его гневные возгласы.
Лейтенант объяснил нам, что местных свезли в часть со всей России и их здесь очень много. Каждый день конфликты, разборки. Шастает хулиганье рядом с частью, кидают гранаты через забор, задирают, драки устраивают. В общем, столкновение культур!
Разделавшись с «бигусом», мы отправились в казарму. Вместо вонючих спальников нас ожидали вожделенные кровати, застеленные белым постельным бельем. В нашем распоряжении оказался даже душ с горячей водой. По сравнению с ПТУ в Ботлихе, где мы ночевали на замызганном полу, это была не казарма, а пятизвездочный отель. Буйнакск, наконец-то, повернулся и к нам своей курортной стороной.
Наговорившись до отбоя с местными старослужащими, мы с неописуемым наслаждением завалились спать.
С утра я проснулся от холода. Второй подобный случай после памятной зачистки в Рахате. Надел тапки, и в трусах через всю казарму, продрогший до костей, побежал в туалет. В центре казармы, увидел разбитые окна. «На тумбочке», одетый не по уставу в бушлат, мёрз дневальный.
— Доброе утро! — поздоровался дежурный по роте.
— Доброе, — отозвался я.
— А вы точно из спецназа? — лыбился рябой мордатый дежурный.
— А что не так-то? — напрягся я, стоя все еще в одних трусах и с полным мочевым пузырем.
— Да вообще-то, ночью бой шел в соседней казарме. Вся часть на ушах стояла, а вы вдвоём не шелохнулись даже, спали, как убитые.
Оказывается, ночью в соседней казарме между кавказцами и разведчиками, вернувшимися с боевых, произошел конфликт, переросший в жестокую драку. После отбоя местные орлы вернулись с автоматом отомстить обидчикам. На беседу с ними вышел ответственный капитан. Местные применили оружие, капитан отстреливался. В итоге, капитан погиб, один местный убит, и один в реанимации. Такой вот несмешной цирк. Рядом война идет, а здесь дисциплина, как на сельской дискотеке.
Я вернулся в казарму. Несмотря на «дубень» Бизон все еще посапывал. Из-под одеяла торчали его бычьи копыта.
