– О! Началось! Думай над сюжетом. Поезд – это романтика!
– Ты меня отдыхать отправил или роман писать?
– Одно другому не мешает! Ладно. Удачи.
– Ты же приедешь?
– Конечно, приеду. Рыбалка с другом в красивом месте – это же мечта. Самому эта Москва уже в печенках сидит! Все. Отключаюсь. У меня вторая линия.
Поезд притормозил, проехав странную зону, которая была вся освещена красными фонарями. Писательский ум сразу нарисовал картину бедствия, но за окном все было спокойно. Станция одиноко загадывала в окна поезда, людей практически на перроне не было. Поезд еще сбавил скорость и резко остановился.
Роб выглянул из купе и, увидев проводника, молодого парня, спросил:
– Это что за остановка?
– Это Светлое. Да у Вас в купе есть карта следования. Можете сами маршрут посмотреть и следить за остановками.
– Поезд долго тут будет стоять?
– Нет, пять минут, покурить успеете.
– Я не курю, – тихо сказал Роб и вернулся в купе.
Он так надеялся, что с этой станцией что-то не то, что-то мистическое, таинственное, что ляжет в основу его нового романа, но пришлось признать, что он ошибся. У него снова нет ничего: ни в голове, ни на бумаге.
Предчувствие его не обманывало. Именно с этой станции и начались все таинственные события в его жизни, которые потом он изложит на бумаге. И это будет его лучший роман навсегда.
Через минуту дверь осторожно открылась, и Роб увидел молодую женщину. Она робко протискивалась в двери и вздыхала.
– Добрый вечер, это же второе купе, правильно?
– Да, второе, проходите. Вам помочь?
– Нет, спасибо, – ответила незнакомка.
Он смотрел на неё и мысленно с собой разговаривал, что в это же самое время делала и она.
«Молодая ещё, лет тридцать пять, наверное, не замужем, хоть и кольцо на пальце».
«Какой симпатичный! Точно женат и двое детей»
«Красивые глаза. Если накрасить, взгляда не отведёшь»
«С трехдневной щетиной, все как у мачо, из Москвы, следовательно, едет»
«Интересно, что она в этой глуши делала и куда направляется»
«Нет, даже не стоит разговаривать, он – не мой тип»
«Не буду даже думать о женщинах, не до них мне» « Или мой? Где я его могла видеть? Его лицо мне кажется знакомым» « Какие все же глаза, как небо. Есть что-то в них мистическое. Я таких глаз никогда не видел. И волосы, как пшеница. Натуральные?»
– Меня зовут Веста, а Вас, – спросила вдруг она, решившись.
– Роб.
– Это Роберт, значит?
– Нет, просто Роб.
– Ваше лицо мне кажется знакомым.
«Начинается», – подумал Роб. Он не хотел, чтобы его узнавали, расспрашивали, брали автографы. Он ехал в эту глушь, подальше от Москвы, чтобы спрятаться. В прошлом году его просто затаскали по телевизионным шоу, разным программам и интервью. Практически его лицо не сходило с экранов телевизора и журналов.
– Вам показалось, я ничем не знаменит. От слова «совсем».
– Бывает, не нашли себя в жизни?
– Скорее, нашел и потерял.
– Это очень печально.
– К сожалению. Веста, а Вы чем занимаетесь? – спросил Роб
– Это неинтересно совсем. А Вы?
– Я? – растерялся Роб, не успев придумать род занятий. – Я инженер.
– Человеческих душ?
– Что Вы! Нет. Просто инженер.
– Понятно, не хотите говорить. Это правильно. Мы чужие друг другу люди.
– А у Вас плохое настроение. Я это заметил. Что-то стряслось?
– Нет, просто осенью у меня всегда плохое настроение.
– Вы не любите осень?
– Я действительно не люблю осень. Осень в моей душе пробуждает только тоску и отчаяние. Я люблю синее небо, ненавижу тучи, дождь и холод.
– А листопад? Краски?
– Листопад? Вы серьезно? Вы считаете, что можно наслаждаться листопадом?
– Да. Считаю. А Вы? Нет?
– Я с тоской смотрю на падающие листья и на людей, которые восхищаются этой картиной. Меня это вовсе не восхищает, потому что листья умирают, а люди этого не понимают. Листья отрываются от своего родного дерева и ложатся под ноги прохожим, которые их топчут, рвут и наступают на них всем своим весом. Так что же тут хорошего? – Ещё вырастут! – возразил Роб.
– Вы не понимаете.
– Чего я не понимаю?
– Это будут уже совсем другие листья…
– Вы – поэтическая натура. Как красиво все сказали. И как грустно.
– Наверное, Вы тоже оторвались от дерева?
Она словно видела его насквозь. Ее взгляд проникал ему в душу, это его смущало.
– Нет, со мной все в порядке, – быстро ответил Роб.
– Простите, я Вас заговорила, а Вам нужно отдохнуть, у Вас усталый вид.
– Да, я как раз хотел укладываться спать. Спокойной ночи.
– И Вам.
Веста хотела поднять свою сумку на верхнюю полку, Роб кинулся ей на помощь. Тут их руки соприкоснулись, и в его глазах потемнело. Он отшатнулся и присел на свое место.
– Вам нехорошо? – услышал он откуда-то издалека голос девушки.
– Нет, поезд качнулся, и я не удержался. Я очень устал, Вы правы, мне нужно лечь.
– Конечно, попытайтесь заснуть.
– Вы тоже ложитесь, час ночи уже.
– Не волнуйтесь, – ответила она.
Но девушка укладываться не собиралась. Она достала из сумки яблоко, открыла книгу и стала читать. Роб не заметил, как уснул.
Проснулся он среди ночи от сильного толчка поезда.
– Если бы я лежал на верхней полке, я бы точно свалился. Веста, Вы как? Не упали?
