Оставив в результате сомнительной интриги израильскую внешнюю разведку, кадровый разведчик Виктор Островский продолжает выполнять, тем не менее, самые опасные задания. Его новыми тайными руководителями становятся представители прогрессивных кругов Моссад, которые хотят отобрать власть у воинственных «ястребов» на верхушке этой спецслужбы. Чтобы спасти свою жизнь, Островский вступает в игру. Книга описывает ход этой «частной» партизанской войны Островского против Моссад, длившейся с 1986 по 1992 годы, а также историю борьбы автора с разведкой и правительством Израиля за право публикации в 1990 г. его первой книги «Путем обмана. Как я был агентом Моссад». Во время этой борьбы ему в руки попадает взрывоопасный материал, который он, желая защититься и от новой клики, опубликовал в этой книге. Развязывание войны в Ливане в 1982 г., действительный повод для американского авианалета на Ливию весной 1986 г., убийства немецкого политика Уве Баршеля и канадского конструктора Джеральда Булла, насильственная смерть английского газетного магната Роберта Максвелла, планы покушения на президента США Джорджа Буша, тайная подоплека путча против Михаила Горбачева, нелегальная контрабанда оружия, политические убийства и интриги, срыв мирных переговоров и провоцирование войн, поддержка террористов, в том числе европейских неонацистов и мусульманских фундаменталистов, злоупотребление настроениями еврейских общин во всем мире, промышленный и научно-технический шпионаж, «гуманитарная помощь» чернокожим южноафриканцам, «Дело Полларда» и «Дело Вануну», «психологическая война» против неугодных стран и политиков, силовые акции, тайная пропаганда и подрывная деятельность одной из активнейших разведок мира – израильской спецслужбы Моссад – в книге Виктора Островского «Обратная сторона обмана».
Я написал эту книгу, чтобы рассказать правду о моей одиссее. Я уверен, что найдутся разные люди, которые куда охотнее видели бы опубликованным их взгляд на описываемые здесь события и сделали бы все для этого. Из-за сложности темы я решил, что книга будет самым подходящим средством для передачи фактов. Я решил также описывать события в более или менее хронологическом порядке.
Хотя правила и не разрешают, чтобы сотрудник спецслужбы делал письменные пометки или вел записи, я делал это для проведения оперативных заданий. Эти пометки стали важным и полезным дополнительным источником для написания этой книги, хотя вовсе и не предназначались для этого. Кроме этих заметок, я опирался при восстановлении описываемых событий прежде всего на свою память. Я очень старался исключить, по возможности, любые неточности. Нужно учесть, что именно моя хорошая память послужила одной из причин принятия меня в ряды Моссад. Я могу со всей уверенностью утверждать, что книга точна до самых мельчайших подробностей. Все имена в книге подлинны, кроме Дины, Рахили, Альберта, Давида, Сары, Рами, Эдварда и Фадлаля – эти последние – псевдонимы. В некоторых случаях, когда речь шла об активных операциях, я называл только имена, чтобы не подвергать опасности этих людей. Кроме того, я позаботился и о том, чтобы Моссад заранее получил копию книги и смог предпринять необходимые мероприятия по обеспечению безопасности, В конце концов, эта книга – не моя личная вендетта.
Большинство описываемых в книге событий было широко описано в печати. В конце книги я поместил неполный список публикаций, которые могли бы облегчить дальнейшие исследования определенных вопросов заинтересовавшимся читателям. Короче, эта книга является документальным сообщением о событиях, которые я пережил.
Я хочу поблагодарить многих моих друзей и бывших коллег за их помощь и поддержку, но природа вещей требует, чтобы их имена, в их собственных интересах, остались неназванными.
Кроме того, я благодарю мои издательства Aventura в Норвегии, Bertelsmann в Германии, M & P в Нидерландах, Standast в Бельгии, Longanesi/Corbaccio в Италии и HarperCollins в англоязычных странах за то, что они доверились мне и поддержали этот мой проект.
Мои дедушка и бабушка по отцовской линии эмигрировали на рубеже веков из России в Канаду. Вместе с другими эмигрантами они поселились в маленьком городке Уокоу в провинции Саскачеван, где мой дед Аарон Островский занялся процветавшей розничной торговлей, которая, однако, совершенно заглохла в годы Великой депрессии. После этого он с семьей переехал в Эдмонтон в провинции Альберта, где присоединился к постоянно увеличивавшейся еврейской общине.
Примерно в это же время из России в Палестину переехала, опасаясь погромов, семья Марголиных: Эсфирь, Хаим и их маленькая дочка Рафа. Они поселились в Иерусалиме и там у них родились еще двое детей: Мира и Маца.
Сид Островский, пятый из семи детей, был во время Второй мировой войны летчиком в канадской бомбардировочной эскадрилье, базировавшейся в Европе. После войны он вступил в армию новообразованного государства Израиль. Там он встретился с Мирой Марголиной, которая к тому времени закончила свою службу в британских войсках, воевавших против немцев в Северной Африке.
Они поженились и поселились в Эдмонтоне, где и родился я 28 ноября 1949 года. Моя мать, которая совсем не напоминала типичную домохозяйку, нашла место учительницы в еврейской школе в Эдмонтоне. Воспитание сына она передоверила бабушке по линии отца, Бесси Островской.
Для меня было большой удачей попасть к дедушке и бабушке. Моя мать была одержима духом свободы, она мечтала о карьере актрисы и хваталась за любые, самые мелкие предлагаемые роли, что, в конце концов, привело ее в состояние полной прострации. Мой отец, наоборот, был уверен, что однажды он достигнет своей цели: воплощения американской мечты о финансовой безопасности и спокойной жизни. Но путь к этому был долог и труден. Непреодолимые противоречия характеров привели к разводу моих родителей. Мне тогда было пять лет.
Моя мать взяла меня с собой в Израиль, где обо мне заботились ее родители, Хаим и Эсфирь Марголины. Мой дед, который работал в Иерусалиме главным ревизором в UJA (Объединенном Еврейском Агентстве), ежедневно ездил из Иерусалима в Голон – маленький городок в предместьях Тель-Авива – и назад. Я охотно вспоминаю их маленький дом на улице Га-йод-далет. Это был теплый, полный любви дом. Там было много книг и долгие разговоры об исполнении сионистской мечты и об ее воплощении в реальной, повседневной жизни.