Увы, прошло уже более полугода после выхода в свет книги "Над Саракшем звездное небо", но качественных отзывов на опубликованный роман пока не появилось. Споры по поводу авторства текста по-прежнему кипят на литературных форумах в интернете, периодически выплескиваясь на страницы газет и журналов в виде желчных обвинений спорящих сторон и взаимных скандальных разоблачений. Возможно, поэтому наши ведущие критики и литературоведы, обычно неравнодушные к книгам фантастического жанра, не спешат дать оценку произведению Дмитрия Строгова. Постараемся восполнить пробел и выскажем некоторые соображения относительно романа, всколыхнувшего как сообщество фантастов, так и пестрый конгломерат любителей фантастики.
1
По объему роман "Над Саракшем звездное небо" относительно невелик - всего чуть более одиннадцати печатных листов. Если не принимать во внимание фантастические допущения - инопланетный мир и технологические диковинки землян и саракшанцев, - текст написан в классических канонах детектива и шпионского романа.
Роман полифоничен. Повествование ведется попеременно по двум сюжетообразующим линиям - от имени Максима Каммерера, уже знакомого читателю по трилогии "Обитаемый остров", "Жук в муравейнике" и "Волны гасят ветер", и от имени саракшанца Эрладо Штертака. В свою очередь в каждой из линий повествование идет как от первого, так и от третьего лица. В тех случаях, когда нужно дать общую панораму событий и показать динамичность происходящего, Дмитрий Строгов использует повествование от третьего лица. Когда же в тексте подчеркиваются чувства и переживания героев, рассказ ведется от первого лица. Такой переход позволяет автору не только полнее показать внутренний мир героев, но и создает эффект выпуклости и объемности текста в целом.
В полной мере используется Дмитрием Строговым и принцип многоязычия. Максим Каммерер, Эрладо Штертак и другие персонажи романа говорят и думают каждый на своем языке, характерном только для этого персонажа. Речь персонажей узнаваема, диалоги выглядят живо и в полной мере отражают речевые особенности героев произведения.
