А в подмосковном Центре такой пакет команд могут выдать на борт только четыре человека: руководитель полета Бикешкин Игнат Федорович и три его зама - Янчук Сергей Иванович, Туров Леонид Исаевич и Скрынник Марк Моисеевич. И точка.
9
Где я мог насолить одному из этой четверки управленцев: Бикешкину, Янчуку, Турову или Скрыннику?
Старая неприязнь или месть. Вряд ли. Мы практически не были знакомы до полета. В околоземных рейсах со мной работали другие управленцы.
Значит, что-то произошло уже в ходе самого полета. Что-то настолько потенциально опасное для одного из них, что он решил убрать меня, устроив на "Инолусе" каскадом три аварийных ситуации.
Времени у меня сейчас было в избытке, и я принялся терпеливо и тщательно, день за днем просеивать все мало-мальски значимые события за полтора месяца нашей космической экспедиции. Хотя, в общем-то, почти сразу догадался, что причина всех моих бед - десятисантиметровый цилиндрик из жаропрочного стекла. Ампула со "Сплава".
"Сплав-5Л" - это технологическая установка для получения металлических и оптических материалов из смесей различных веществ. Работает в невесомости и вне воздействия магнитных полей и гравитационных возмущений по методу электронагрева с направленной кристаллизацией. Полностью автоматизированная рабочая камера располагается в возвращаемом на Землю отсеке "Герберта Уэллса". В этом полете планировалось вырастить металлические кристаллы. Они, как правило, серо-стального цвета. И я был очень удивлен, когда увидел, что три ампулы из двадцати, загруженных в "Сплав" еще на Байконуре, имеют аномальную красновато-оранжевую окраску.
Когда я их обнаружил, на связи был Игнат Федорович Бикешкин...
Но вовсе не факт, что именно он - злоумышленник: наш разговор вполне мог слышать один из его заместителей.
В наушниках скафандра оглушительно затрещало, и раздался встревоженный голос "Ночки":
- "Инолус" вызывает Зайчонка! Лев, отвечай! Трофимыч, где ты?
Ребята восстановили радиосвязь! Я чуть не заорал от радости. Но вовремя прикусил язык.
Если злоумышленник действительно из четверки управленцев, и если он узнает, что я остался жив, то сделает все, чтобы меня добить. Поэтому мне нужно затаиться и молчать. У моего неизвестного врага должна быть стопроцентная уверенность в том, что я погиб.
Я сейчас был практически беспомощен. А злоумышленник из подмосковного ЦУПа - всесилен. Если бы я отозвался, он вполне мог сделать еще один ход, который гарантированно меня бы убил.
