Пэкман их поначалу не заметил и спокойно направился к домику администрации. В голове у Элспет быстро созрел план. Вдохнув поглубже, она решительным шагом двинулась навстречу Тео.
Когда она приблизилась, он узнал ее и громко спросил:
– Почему, черт побери, вы не запустили эту вашу ракету?
Не ответив на вопрос, Элспет тихо сказала:
– Дай мне ключи от твоей машины.
– Зачем?
– Посмотри назад.
Он взглянул через плечо и увидел полицейских.
– Не суетись. Давай сюда ключи.
Тео уронил их ей на ладонь.
– Иди к моей машине и не оглядывайся. Я не заперла багажник. Залезай туда.
– В багажник?
– Да! – прошипела Элспет и пошла к его «хадсону».
Среди прибывших она узнала полковника Хайда и еще одного человека – с ним ей также доводилось сталкиваться на мысе Канаверал. С ними приехали четверо местных полицейских и двое хорошо одетых мужчин, скорее всего, агентов ФБР. Пока что никто не обращал на нее внимания.
Дойдя до машины Пэкмана, она открыла багажник. Внутри лежал чемодан, в котором помещался мощный радиопередатчик. Элспет перевалила чемодан через кромку багажника, и он со стуком упал на землю. Она быстро опустила крышку.
Обернувшись, она увидела, как закрылся багажник ее «корвета» – Тео уже спрятался. Стиснув зубы, Элспет ухватилась за ручку и подняла тяжеленный, словно набитый свинцом, чемодан. Сделала несколько шагов и разжала пальцы. Взяла ношу в другую руку, прошла еще метров десять и снова уронила.
Тем временем полковник Хайд со своей группой направлялся через стоянку к администрации мотеля. Элспет молилась, чтобы он не посмотрел в ее сторону. Правда, в темноте он ее вряд ли узнает, если только не вглядится в лицо.
Поняв, что у нее не хватит сил нести передатчик, она поволокла его по бетонированной площадке, хотя это было опасней, так как шум мог привлечь внимание копов и фэбээровцев.
В конце концов она добралась до своей машины. Когда Элспет открыла багажник, к ней подошел один из полицейских и с приветливой улыбкой спросил:
– Вам помочь, мэм?
Побледневший Тео смотрел на нее испуганными глазами.
– Спасибо, я справлюсь, – сказала она и, подхватив неподъемный чемодан обеими руками, оторвала его от земли и запихнула в багажник. Тео тихо ойкнул от боли – угол чемодана врезался ему в бок. Элспет поспешно захлопнула крышку багажника.
– Уезжаете? – поинтересовался полицейский.
– Да.
Он наклонился и заглянул в салон «корвета», сначала на переднее, потом на заднее сиденье. Не обнаружив ничего подозрительного, выпрямился.
– Счастливого пути. Осторожнее на дороге.
Элспет села за руль и завела мотор.
Полицейский отвел в сторону одну из патрульных машин, освобождая проезд. Элспет неторопливо отъехала от мотеля, но, едва свернув на шоссе, до отказа выжала педаль газа.
01.30. Поезд медленно отходил от станции Чаттануга. В тесном купе спального вагона Люк снял пиджак и повесил его на вешалку, затем, присев на край полки, начал расшнуровывать ботинки. Вилли сидела на той же полке, поджав под себя ноги, и с любопытством наблюдала за ним. Когда Люк развязал галстук, она сказала:
– Если ты решил устроить стриптиз, то это надо делать позажигательнее.
Люк невесело улыбнулся. Им пришлось довольствоваться одним купе, больше мест попросту не было. Он сгорал от желания заключить Вилли в объятия, но не решался.
– О чем ты думаешь? – спросила она.
– О том, что события развиваются чересчур стремительно.
– А семнадцать лет уже ничего не значат?
– Для меня прошло только два дня. Это все, что я помню. И я все еще женат на Элспет.
Вилли, сразу посерьезнев, кивнула:
– Но она столько лет тебя обманывала.
– Мне не нравится, что я как будто ищу оправдания. – Он замолчал, ожидая ответа, потом добавил: – Ты с этим не согласна?
– Нет. Я бы хотела сейчас заняться с тобой любовью, но я тебя знаю. Ты не из тех, кто живет одним днем.
– Это плохо?
Вилли улыбнулась:
– Нет. Я рада, что ты такой. Это делает тебя надежным, как скала. Если б ты был другим, я бы, наверное… – Она не договорила.
– Что ты собиралась сказать? Она посмотрела ему в глаза:
– Я бы, наверное, не любила тебя так сильно. И так долго. – Ей стало неловко, и, чтобы скрыть смущение, она сказала: – Почему бы тебе не залезть на свою полку и не дать мне наконец возможность разуться.
Люк послушно забрался наверх и лег на бок, подперев голову рукой.
– Потерять память – это все равно что начать жизнь заново, – произнес он, словно размышляя вслух. – Можно пересмотреть любое принятое когда-то решение.
Вилли скинула туфли и встала на пол.
– По-моему, это ужасно, – сказала она, быстрым движением снимая черные эластичные брюки. Перехватив его взгляд, усмехнулась: – Ладно уж, можешь смотреть. – Сунув руки сзади под свитер, она расстегнула бюстгальтер, затем эффектным жестом фокусника выдернула его из правого рукава.
– Браво, – похвалил Люк.
Она посмотрела на него задумчивым взглядом:
– Так что, будем спать?
– Думаю, да.
– Хорошо.
Встав на край полки, она подставила губы для поцелуя. Люк слегка коснулся их своими губами, и она тут же отстранилась.
