Гарольд тоже о чем-то задумался. Обычно он бывал весел и разговорчив, и Билли не приходилось с ним скучать, однако сегодня помалкивал, как будто чем-то озабоченный.
По телевизору шел сериал «Беги, Джоуи, беги!»; Джен Стерлинг играла официантку, любовницу бывшего гангстера Алекса Найкола. Но приключения на экране не увлекали Билли; мысли ее снова и снова возвращались к тому, что Энтони сделал с Люком. Да, УСС нарушала все писаные и неписаные законы, и Билли знала, что Энтони по-прежнему занимается секретной работой – и все же ее поразило, что он зашел так далеко. Ведь сейчас не война, а в мирное время действуют другие правила!
И, главное, зачем? Ей звонил Берн, – и Билли от всей души с ним согласилась: нет, Люк не может быть шпионом! Выходит, Энтони ошибается? А если нет – каковы его истинные мотивы?
Гарольд выключил телевизор и налил себе еще бренди.
– Знаешь, – начал он, – я тут думал о нашем будущем…
У Билли упало сердце. Сейчас он сделает ей предложение! Случись это еще вчера, она бы согласилась; сейчас даже думать об этом не могла.
Гарольд взял ее за руку.
– Я люблю тебя, – проговорил он. – Мы хорошо ладим, у нас общие интересы, у обоих есть дети… Но дело не в этом. Я хотел бы жениться на тебе, будь ты даже фанаткой Элвиса Пресли со жвачкой во рту!
Билли невольно рассмеялась.
– Я люблю тебя, – продолжал Гарольд, – просто потому, что ты – это ты. Я знаю, что это чувство настоящее, потому что уже его испытывал – всего раз в жизни, к Лесли. Ее я любил всем сердцем… однако судьба отняла ее у меня. Так что сомнений нет. Я люблю тебя и хочу, чтобы мы всегда были вместе. – Он взглянул на нее и спросил: – Что ты мне ответишь?
Билли вздохнула.
– Ты мне очень нравишься. Уверена, что и в постели с тобой было бы чудесно. – Он поднял брови, но промолчал. – И я не могу не думать о том, насколько легче жить, когда можешь с кем-то разделить повседневные заботы.
– Это хорошо.
– Еще вчера этого было бы достаточно. Я ответила бы: да, и я тебя люблю, давай поженимся. Но сегодня… сегодня я встретила одного человека из своего прошлого – и вспомнила, как была влюблена в двадцать один год. – Она подняла на Гарольда прямой, открытый взгляд. – Прости, этого я к тебе не чувствую.
– В нашем возрасте и нельзя влюбляться так, как в двадцать лет! – заметил он, ничуть не обескураженный.
– Быть может, ты прав.
В самом деле, глупо ждать, что разведенная женщина под сорок, с семилетним сыном на руках, влюбится, как девчонка!.. Не зная, что ответить, Билли снова поднесла к губам бокал с золотистой каемкой.
В этот миг раздался звонок в дверь.
Сердце Билли тревожно забилось.
– Кого там принесло? – сердито проговорил Гарольд. – Надеюсь, это не Сидни Боумен явился на ночь глядя одолжить разводной ключ! – Он встал и вышел в прихожую.
Билли знала, кто это. Она поставила на стол нетронутый бокал и встала.
Из прихожей послышался голос Люка:
– Мне нужно поговорить с Билли.
Билли сама не понимала, почему при звуках его голоса сердце ее забилось быстрее и кровь прилила к щекам.
– Вряд ли мисс Джозефсон захочет, чтобы ее сейчас беспокоили, – ответил Гарольд.
– Это важно!
– Откуда вы вообще узнали, что она здесь?
– Ее мать сказала. Извините, Гарольд, мне сейчас не до болтовни!
Билли услышала шум и негодующий возглас Гарольда и поняла, что Люк проложил себе путь силой. Она подошла к двери и выглянула в прихожую.
– Придержи коней, Люк! Это дом Гарольда, и… – Тут она заметила, в каком он виде: без шляпы, пальто разорвано, лицо такое, словно он чудом избежал смерти. – Что случилось?
– Энтони в меня стрелял.
– Энтони? – переспросила Билли, не веря своим ушам. – Господи, что на него нашло? Стрелял в тебя?!
– Подождите, кто в кого стрелял? – испуганно воскликнул Гарольд.
Люк его даже не услышал.
– Думаю, настало время обо всем рассказать властям, – сказал он, обращаясь к Билли. – Я иду в Пентагон. Только, боюсь, мне одному не поверят. Пойдешь со мной, чтобы подтвердить мои слова?
– Разумеется! – ответила она, снимая с вешалки пальто.
– Билли! – вскричал Гарольд. – Бога ради… у нас с тобой очень важный разговор…
– Ты нужна мне, – просто сказал Люк.
Билли заколебалась. Она понимала, что наносит Гарольду большую, быть может, непростительную обиду. Он долго готовился к этому разговору… Но нет: жизнь Люка в опасности – о чем тут еще думать?
– Прости, – обратилась она к Гарольду, – я должна уйти.
Она подставила ему щеку для поцелуя, но Гарольд отвернулся.
– Не обижайся, пожалуйста! – торопливо попросила Билли. – Я завтра все объясню!
– Убирайтесь из моего дома, оба! – гневно взревел Гарольд.
Билли с Люком вышли, и за ними с треском захлопнулась дверь.
