— Я послал тебя за деталями для этого… механика. Где они? Почему надо повторять указания по двести раз⁈
Матейка поднял руку.
— Подожди, — угрюмо сказал он, глядя на Диксона в упор. — Угроза оружием? В присутствии офицера полиции?
— Вот, — сказал экзоскелетчик, протянув Гедимину ещё один маркированный контейнер. Сармат одобрительно хмыкнул — местный склад ему определённо нравился.
— Офицер Матейка, — донеслось сверху. — Я вижу, работы продолжены? Если у вас разногласия с Диксоном, поднимайтесь сюда — я, как наниматель, должен о них знать.
Диксон, коротко рявкнув на экзоскелетчика, бросил на Гедимина злой взгляд и быстро пошёл к подъёмнику. Гедимин, еле слышно хмыкнув, развернулся к повреждённому глайдеру. «Всё равно не понял, зачем это чинить. Ну да ладно…»
…Фургон с лязгом отделился от систем стыковки и тронулся, плавно разворачиваясь к шоссе. Матейка крепко взял Гедимина за плечо и встряхнул.
— Ты тут не был, ясно? Чтоб никому ни слова!
Сармат мигнул.
— На кой тут секретность? Это просто глайдер. И конструкция неудачная.
Матейка презрительно хмыкнул.
— А ты спец по ним, да? Много болтаешь, теск. Продолжишь в ангаре — уедешь на второй этаж. До конца срока!
…Ворота первого яруса открылись, и первым, что увидел Гедимин, был силуэт в белом медицинском комбинезоне — доктор Алваренга выходил из чьей-то камеры, а за ним шёл охранник.
— Матейка! — «коп» с трудом проглотил ругательство. — Для кого горит сигнал⁈
— Разойдёмся, — буркнул охранник, отталкивая Гедимина с дороги. Алваренга, с любопытством взглянув на сармата, ухмыльнулся.
— А, Фрэнки. Надо же! В этот раз ты точно ни при чём.
Гедимин мигнул.
— Что?
— Пошёл, пошёл, хватит болтать! — Матейка втолкнул его в коридор.
«Эта камера,» — Гедимин посмотрел направо. «Медик вышел отсюда.»
Присматриваться было некогда — Матейка сильно спешил и волок сармата по коридору, нигде не задерживаясь. Но Гедимин успел разглядеть распухший нос в остатках засохшей крови и фиксатор на запястье, — раненый сидел на краю койки и угрюмо разглядывал повреждённую руку.
— Как прошёл день, Джед? — спросил, выглянув из своей камеры, Мэллоу. Вдалеке громыхнули, смыкаясь, массивные створки ворот, — Матейка ушёл. Гедимин развернулся к решётке, потирая запястья.
— Кого-то ранили? Опять была драка?
Мэллоу неопределённо пожал плечами.
— А, так ты видел Моранди? Ну да, ты же вернулся, когда доктор вышел… Слишком много народу толпится в ангаре — не успеваешь за всеми следить. Я даже не видел, как это было, — мне показали уже результат.
— Он сказал, кто его побил? — спросил Гедимин, недобро щурясь. «Опять мартышки строят иерархию? Только-только тут стало можно спокойно жить…»
— Говорит, что упал, — Мэллоу пожал плечами. — На ровном месте так не хряпнешься, но если кто-то его толкнул… У нас там вечно кто-то бегает. Надеюсь, рука быстро заживёт, — нос вроде как не сломан, только разбит…
— Упал, — пробормотал Гедимин, разглядывая стену. — Как думаешь, мне стоит зайти во двор? Хотел побыть на космодроме, но если надо…
— Джед! — Мэллоу, выглянув из камеры, попытался улыбнуться. Получилось плохо. Гедимин, посмотрев на угрюмого соседа и ещё более мрачного Дальберга, недовольно сощурился.
— Ты сам сказал, что всё тихо, — напомнил он. — И что помощь больше не нужна.
— Да, верно, сказал, — Мэллоу досадливо поморщился. — И вот как подгадал кто… У нас ещё один… упавший — снова рука и лицо. Но это ерунда — док сказал, ничего страшного. А вот другое…
Он тяжело вздохнул.
— От нас ушли семеро. Моранди… и ещё шестеро, всё равно ты имён не помнишь. Бывшие парни Ривза.
Гедимин мигнул.
— Куда ушли?
— К Ривзу, разумеется, — отозвался угрюмый Дальберг. — Куда ещё-то⁈
— К Ривзу, — повторил сармат, недоверчиво ухмыляясь. — На кой⁈ Стоять у дивана и смотреть, как он сидит?
Из соседних камер донеслись приглушённые смешки, но Мэллоу даже не улыбнулся.
— Выходи завтра во двор, ладно? Что-то мне не нравится…
Поперечные балки под крышей ангара обычно выдерживали вес Гедимина, но надолго повисать на них он не рисковал. Пару раз подтянувшись, он втащил своё тело на верхний ярус и распластался там, с интересом глядя вниз.
Первое, что бросилось ему в глаза, — диван на северном конце ангара. Сейчас, когда все научились вынимать стабилизаторы из боксёрских подушек, а все банды слились в одну хаотичную толпу, в местах для сидения не было недостатка — и их, как правило, плотно занимали. Этот же диван был почти свободен — если не считать одного человека, развалившегося на середине, и двоих, жмущихся по краям. Ещё десяток выстроился вокруг, и девятеро держались поблизости, не смешиваясь с толпой. Насчёт одного из них Гедимин не был уверен — он иногда подходил к компании людей Мэллоу, слушающей чтеца, ближе остальных и, возможно, просто присматривался к обитателям дивана.
