По-видимому, стеклянная корка часто нагревалась, оплавлялась и даже вскипала, — она вся шла неровными волнами, кратерами, мелкой рябью. Потом стали попадаться кристаллические щётки. Их Гедимин находил по яркому свету. Хотел было выломать крупный образец, но ладонь ощутила жар. «Это ж самородный твэл,» — сармат прикрыл кристалл защитным полем и осторожно поддел когтем. «И тут таких штуковин…»
Что-то шевельнулось на краю поля зрения. Гедимин вскинул «арктус», ожидая новой вспышки — но свечение отделилось от «куста» кристаллов и нырнуло в расщелину. Сармат успел разглядеть сегментированное тело, короткие светящиеся плавники и гигантские глаза.
— Гедими-ин, — подал голос Вепуат. Ему явно было не по себе, хотя сармат отошёл недалеко — всего на пару десятков метров.
— Тут какие-то трилобиты летают, — Гедимин криво ухмыльнулся. — Пойдёшь за образцами?
— Давай-ка выбираться, — Вепуат даже не улыбнулся. — Нам ещё Тикса искать. Пока нас самих не нашли. Тут темень, но червям-то без разницы…
— Вепуат!
Шелест и чавканье стали громче. Гедимин сдёрнул кожух с фонаря — и услышал скрежет и недовольный возглас. Из складчатой расщелины, из плотных зарослей чего-то губчатого высунулась бронированная перчатка и жестом показала: «Гаси!» Гедимин, хмыкнув, выпрямился и поднял фонарь над головой. Вдалеке, метрах в двадцати, «скальная» поверхность пошла волнами. Края тёмного проёма заколыхались и просели внутрь, выпуская гигантский фасетчатый глаз.
— М-мать моя колба… — Гедимин накрыл фонарь ладонью. Вепуат из-под губчатых зарослей выразительно хмыкнул. В наступившей темноте снова что-то зашелестело, заплюхало и зачавкало. Потом о броню заскрежетали когти.
— Стой, свои! — громко прошептал Вепуат. От кулака он всё-таки увернулся и теперь светил дозиметром из-под «борта» туун-шу. Гедимин протянул ему руку, втаскивая на «палубу».
— Где ты лазишь? Сожрут!
— Да ну, это местные кораллы, — отмахнулся Вепуат, раскладывая по карманам пробирки и свёрточки. — А ничего себе экосистема на этой твари!
— Ты, когда мы на неё садились, знал, что она живая? — Гедимин недобро сощурился, но в почти полной темноте этого всё равно никто не разглядел бы. Светлело сегодня медленнее обычного, даже разломы в складчатом небе еле-еле тлели.
— Ну, мне было без разницы, — рассеянно отозвался Вепуат. — Кого Тикс нашёл, к тому и прицепился.
…С первыми лучами света поверхность вокруг пришла в движение. Губчатые заросли оседали, как хлопья пены, сворачиваясь в комковатую массу. Из-под неё проступали многочисленные кольчатые сопла. Снова зашевелилось складчатое «веко». Что-то в глубине «скального массива» громко зашипело, и вся поверхность встряхнулась. Туун-шу выпрямил подогнутые лапы и защёлкал спинными пластинами. Вдалеке, на длинных гребнях обросших «скал», тоже что-то хлопало щитками, шипело и обменивалось скрежечущими воплями. Вокруг забулькало — кольчатые трубки, как по команде, выпустили цветные складчатые веера. Вместе с втяжными «листьями» из «сопел» вылетало что-то панцирное и шмыгало в складки «камня».
Туун-шу снова заворочался, нагнетая воздух в полости. Под ним, упираясь в брюхо, шуршали вееровидные листья.
— Ну как? — нетерпеливо спросил Вепуат — и в очередной раз попытался сунуть нос в приоткрытый реактор. Гедимин сердито сощурился и поднёс ладонь к просвету. Пальцы чувствовали слабое ровное тепло. Сармат потёр висок и снова представил себе светящиеся твэлы. «Станция, приём…»
«Палуба» качнулась. Гедимин вцепился в броню туун-шу, едва не выронив сфалт. Поверхность вокруг шла волнами. Небесный гигант отряхивался, расправляя складки на боках. Летучая фауна сыпалась с него градом.
— Летим! — крикнул Вепуат, первым почуяв неладное. В «ущельях» «астероида» открылись проёмы. Со свистом развернулись перепончатые «плавники». «Палуба» качнулась с «борта» на «борт». Туун-шу наконец выдернул лапы из «губки», взвился в небо, сопротивляясь уволакивающему ветру. Ещё удар хвостом — и зверь развернулся брюхом кверху… точнее, книзу. Область аномальной гравитации осталась позади. Гедимин встряхнул головой, прижимая к себе едва не оброненный сфалт, и посмотрел вверх. Там, утаскивая за собой летучие стаи, уплывал живой астероид.
— Яд-дро Сатурна… — протянул Вепуат, провожая его затуманенным взглядом. Туун-шу ударил хвостом, нырнул в разлом вслед за гигантом и снова начал набирать высоту. Вепуат, опомнившись, хлопнул его по броне.
— Сто-ой!
…На пятом разломе туун-шу всё-таки остановился, раздул бока и уставился всеми глазами на сарматов. Больше смотреть было не на что — хвостовые лопасти «астероида» исчезли в разломе. Внизу клубилась сероватая дымка.
— Ну что? «Элидген» отозвался? — нетерпеливо спросил Вепуат. Гедимин фыркнул.
— Ты лучше скажи, где мы.
«И куда эта тварь успела улететь за ночь…» — рёбра сдавил невидимый обруч. «Могла она сдвинуться так, чтобы мы не заметили?»
