Гедимин едва заметно поморщился — заныла повреждённая при «проверке» спина. Сарматы неуверенно ухмыльнулись.
— Раз в двадцать лет? Ну-у… это можно вытерпеть, — сказал Эгнаций. — Значит, это ирренций? Вот он какой… Выходит, если бы мы сюда вошли без брони — тут бы и легли?
Айзек развёл руками.
— Это опасное вещество. Требует огромной осторожности. Но, как видите, Гедимин уже заканчивает первую сборку. Вам пока одна на троих. Начинаете с центральной трубки…
…Можно было подвести транспортёр поближе, но Гедимину хотелось поднять сборку на руках — почувствовать её тяжесть. «Лёгкие они всё-таки. Урановую так не потаскаешь…»
— Вот тут все эти перегородки… — слышал он сквозь шелест тросов голос Ансура. — А если их убрать, а тут три эти штуки — между ними пойдёт реакция?
— Пока не пойдёт, — отозвался Айзек; кажется, мысль Ансура ему не понравилась. — Управляющие стержни помешают. А вот без них — будет реактор на три сборки. Прямо здесь.
— Груз принял! — крикнул во временно открытый транспортный туннель кто-то от бассейна выгрузки. Снова зашуршали тросы — транспортёру придали ускорение, и он ехал обратно. У него был мотор — машина с тхеленовыми поршнями, неуязвимая для облучения — но Гедимин решил его не запускать. Он развернул транспортёр к соседней выгородке — из неё нетерпеливо выглядывали трое сарматов. К ним подошёл Айзек.
— Всегда всё перепроверяйте, — слышал Гедимин, вставляя в ячейку пустую кассету. — Минимум три раза. Пока здесь Гедимин, транспортёры не развалятся — но у вас его чутья нет. Значит, его нехватку восполнят проверки. Вот захват. Он держит крепко?
— А если вывалится? Рванёт? — настороженно спросил Эгнаций. Гедимин покосился на контейнеры с ирренцием и досадливо сощурился. «Грёбаные войны! Теперь видят ирренций — думают о взрывах. И больше ни о чём. А ведь могло бы быть по-другому…»
…Метки на краях заполненных ячеек бассейна слабо светились. Омикрон-кванты наружу не просачивались, но облучённая при погрузке цера гасла медленно. «До завтра её точно хватит,» — думал Гедимин, сцепив пальцы в замок. Работа не была ни тяжёлой, ни сложной — но запястья и плечи ныли.
— В душ — и спать, — распорядился Айзек, заглянув сармату в глаза. Он и сам выглядел усталым.
— Вам двоим — тоже. Ансуру с утра на смену. А ты, Вепуат, — как знаешь.
Вепуат хмыкнул.
— Эти штуки — их вроде как встряхнуло в дороге? Теперь должны отстояться? Долго? Неделю? Месяц?
Гедимин, вздрогнув, развернулся к нему. Айзек успокаивающе похлопал его по броне.
— Тянуть уже некуда. У нас пара недель до итогового запуска. Загрузку начнём завтра.
Щупальца на плечах Гедимина недовольно нагрелись. Айзек криво ухмыльнулся.
— И, зная твою… вашу с Гедимином… обычную реакцию — загружать будем понемногу. Моё дело — не дать вам перегреться. Идите! Завтра ещё раз всё проверим.
За сарматами он не пошёл.
Когда дозиметрическая рамка была пройдена, и сарматы вышли в коридор — сохнуть после дезактивации — Вепуат оглянулся на санпропускник и едва заметно поёжился.
— Всё-таки атом — это не моё. Эта штука слишком уж огромная. Мне бы что помельче!
Вепуат с утра сунулся было с какими-то новостями, но посмотрел Гедимину в глаза — и шарахнулся. Кажется, в коридорах шарахались и филки, но сармату было уж совсем не до них. Через полчаса после побудки он входил в помещение ГЩУ — и с порога увидел, что Айзек и Гварза его обогнали.
— Уран и торий, — Айзек приподнял руку в приветственном жесте. Он стоял у монитора, в котором отражалось топливохранилище — и слабо светящиеся крышки заполненных ячеек.
— Индикатор работает, — едва заметно ухмыльнулся он. — Но для интервалов в двадцать лет придётся придумать другой. Можешь поднять пластины. Реакторы уже заглушены.
Гедимин заглянул в мониторы активных зон. Свет был слишком ярким — и подвес радиометра застыл выше обычной отметки и не думал опускаться.
— Выжидать смысла нет, — сказал Айзек. — За полчаса ничего не изменилось — похоже, и не собирается. Начинаем с первого блока?
Волокнистые щупальца прижались к виску Гедимина, оплели запястье.
— Хранитель волнуется, — сказал сармат. Айзек кивнул.
— Сегодня удвоим количество сборок — и на этом всё. Ансур, следи за подвесом!
…Третья сборка опустилась до упора и замерла. Гедимин смотрел, как подвес ходит вверх-вниз — и в том же ритме дёргается кривая интенсивности на экране дозиметра. Он считал секунды, но ничего не менялось.
— Удвоение мощности, — слышал он негромкий голос Гварзы. — Эффект все мы помним. Перед окончательным запуском станцию придётся обесточить. Семикратное увеличение… Добра от этого не будет.
Айзек невесело хмыкнул.
— Проблема в том, что «сигму» не отключишь. Даже если выставить аварийные экраны… Гедимин, что с хранителем?
— Привыкает, — отозвался сармат. Одинокое щупальце-волокно прилипло к его виску и дрожало там вместе с кривой интенсивности. На контакт станция не выходила.
