— Отправляйся туда. Сегодня вечером. Встретишься с манчестерской командой, возьмешь на себя ответственность за охрану Тины Баркер и доставишь ее в Лондон. Я хочу, чтобы все потенциальные жертвы были у нас под присмотром, а когда это случится, мы бросим все силы на поимку мерзавца.
— Ты еще не знаешь, куда нас повезут?
Сара сидела на тяжелом металлическом стуле. Одном из шести вокруг затейливого железного стола в саду на заднем дворике Дерека Рида. Сам сад напоминал сад Сары. Что неудивительно, учитывая, что оба проектировал Майкл.
— Система охраны работает не так, — ответила Леви. Она сидела на стуле напротив. Они были одни. Хейл уже уехал в Манчестер. Майкл все еще был наверху. — Мы отвезем вас в Скотленд-Ярд. Там передадим отделу по охране. Том Чадвик ввел их в курс дела, и они уже приняли Энн Флаэрти. Они отвезут вас всех в убежище. И никто из моей команды не будет знать, где оно находится. Даже я.
— Почему?
— Так безопаснее. Никто из людей, напрямую связанных с расследованием, не должен знать, как вас найти. Тогда никто не сможет выведать ваше местонахождение с помощью принуждения или подкупа.
Сара понимающе кивнула. Меры предосторожности были адекватными. В отличие от тех событий, которые привели к этой необходимости.
Они посидели в тишине. Погрузились в размышления. Сара водила пальцем по стакану, куда плеснула еще «Бушмилз». Леви перешла на воду. Сара знала: как бы легко им ни было друг с другом, признание Майкла все изменило. Пришлось отставить завязавшуюся дружбу в сторону.
— Ты правда думаешь, что Хёрст попытается добраться до нас, Джоэль? — поколебавшись, спросила Сара. Она не была уверена, что хочет услышать честный ответ. — Я хочу сказать, теперь мы знаем, что это он, и на него будет охотиться вся полиция. Думаешь, он рискнет?
Леви молча посмотрела на Сару, и Сара поняла, что она хочет успокоить ее страхи. Ответить отрицательно. Но ложь в таких ситуациях никому не поможет.
Леви положила руку на ладонь Сары.
— Да, я не сомневаюсь, что он рискнет, — ответила она с сочувствием, но уверенно. — Он попытается добраться до Майкла, чтобы наказать за то, что Майкл с ним сделал. По той же причине он попытается добраться и до Тины Баркер, если сможет ее найти.
Сара кивнула. Она ждала такого ответа, хотя и надеялась на другой. Сказать было нечего.
— Уверена, что не хочешь?
Сара показала на пачку сигарет, которую взяла со стола. Беспроигрышный способ прервать молчание.
— Уверена, — ответила Леви, когда Сара закурила. — Не так легко было бросить.
— Ну как знаешь.
Сара глубоко вдохнула. Дозы никотина было недостаточно, чтобы ее успокоить. Но все-таки это помогло. Выдохнув облако голубого дыма, Сара спросила:
— Скажи честно: ты правда думаешь, что сможешь нас уберечь?
— Я только что ответила тебе совершенно честно, Сара. Я знала, что ты хочешь услышать другое, но сказала правду. Поэтому, пожалуйста, поверь, что сейчас я тоже говорю совершенно искренне.
— Верю.
— Хорошо. Потому что ответ — да. Я действительно думаю, что мы сможем уберечь тебя и твою семью. Поимка Хёрста — лишь вопрос времени. Ему некуда бежать. К завтрашнему утру его лицо будет на первой полосе всех газет страны. На каждом новостном сайте в Европе. Мы быстро его схватим, и после этого все закончится. А пока что вы будете под защитой одной из лучших команд мира в месте, которое Хёрст никак не сможет вычислить. Вы в безопасности. Ты, Майкл и Энн.
Сара внимательно слушала. Леви казалась уверенной, подумала она. И Сара уже знала, что та вполне способна осуществить все, о чем говорит. Информация на Леви, которую она нарыла в рамках собственного расследования, рассказала ей о стремительной карьере главного инспектора в Скотленд-Ярде. Гораздо меньше ей удалось узнать о восьми годах Леви в Израиле, но отсутствие информации за последние шесть лет в израильской армии могло означать лишь одно из двух.
Моссад или Шин-Бет.
«В любом случае Хёрсту гораздо труднее будет справиться с ней, чем со старыми юристами-пенсионерами или, упокой бог его душу, с Дереком Ридом», — подумала Сара.
Леви была права. Хёрст попытается до них добраться. Но у него нет шансов одолеть Леви, не говоря уж обо всей ее команде.
Мысли обнадеженной Сары обратились к будущему.
— Что с Майклом? — спросила она, стряхивая с сигареты пепел. — Ты правда его арестуешь, когда все закончится?
— У меня нет выбора. — Теперь голос Леви прозвучал тише. Ее тон был почти извиняющимся. — Майкл признался в очень серьезном преступлении. Я не могу это так оставить.
— Преступление, из-за которого психопат оказался за решеткой на четырнадцать лет, — возразила Сара. Ее не устраивало, что их беды с поимкой Хёрста не закончатся. — За то, что этот урод на самом деле совершил. О’кей, формально Майкл воспрепятствовал отправлению правосудия, но ведь не по-настоящему же?
— Это не играет роли. Майкл злоупотребил своим положением. Если мы станем такое допускать, кто знает, сколько невиновных людей окажется в тюрьме.
— Но если бы он этого не сделал, кто знает, сколько людей — детей — убил бы Хёрст?
