— Знаете, а ведь именно это мы и сделали. — Коул повернулся к своему младшему барристеру, Билли Тейлору. Тейлор передал ему кипу документов. — Вообще-то он у меня здесь. Мадам судебный пристав, будьте так любезны.
Судебный пристав второй раз подошла к Коулу, и тот протянул ей несколько копий. Она передала их Прайсу, судье и, наконец, присяжным. Коул между тем протянул дополнительные копии Эпстейну и Майклу.
Когда все получили документы, Коул продолжил:
— Это, мистер Прайс, полная распечатка всех посещений Терри Колливера за время его содержания в тюрьме Уормвуд-Скрабс. Найдем ли мы на ней ваше имя, если посмотрим внимательно?
— Ни разу. Я никогда его не навещал. Он не мой кореш.
— Ну, по крайней мере, первое ваше утверждение верно, — невозмутимо ответил Коул. — Вас в этом списке нет. Но давайте посмотрим на те имена, которые есть. Джейн Горр. Узнаете это имя, мистер Прайс?
— С чего мне?
— Вы узнаете это имя, мистер Прайс?
Ответа не последовало. Прайс лишь прожег Коула взглядом.
— Хорошо. Давайте перефразируем вопрос. Джейн Горр — это имя вашей партнерши, мистер Прайс?
Молчание.
— Джейн Горр — имя женщины, с которой вы живете, мистер Прайс?
Молчание.
— Джейн Горр — имя матери двух ваших детей, мистер Прайс?
Молчание.
Коул поднял стопку бумаг.
— У меня в руке, мистер Коул, несколько ваших ходатайств о субсидии на оплату жилья, в которых Джейн Горр указана как ваша сожительница, партнерша и мать ваших детей. Еще у меня здесь копии свидетельств рождения ваших детей, в которых вы указаны отцом, а Джейн Горр — матерью. Вам нужно их увидеть, чтобы ответить на мой вопрос, мистер Прайс?
— Да. — Голос Прайса прозвучал так тихо, что его едва можно было расслышать. — Джейн — моя женщина.
— Она дружит с Терри Колливером?
— Я… я не знаю.
— Ну похоже, что дружит, мистер Прайс. Потому что если мы посмотрим на список посещений Терри Колливера, то окажется, что Джейн навещала его один раз в январе, а потом еще пять раз между 18 и 28 февраля. Последнее посещение было за день до того, как вы написали свидетельское заявление. Если учесть все это, можно ли предположить, что Джейн Горр — ваша партнерша — дружит с Терри Колливером?
— Я… ну да, наверное… можно.
— Наверное, можно? Ваша подруга навещает другого мужчину в тюрьме шесть раз за два месяца, и это все, что вы можете сказать? Вы не кажетесь особенно удивленным.
— Комментарий, мистер Коул. — Левитт вмешался прежде, чем Эпстейн успел подняться.
— Я перефразирую, ваша честь. — Коул снова посмотрел на Прайса. — Вы не удивлены, что ваша подруга — ваша гражданская жена — навещала другого мужчину в тюрьме?
— Ну… да… я… э-э-э…
— Полно вам, мистер Прайс. Вы уж постарайтесь. Если собираетесь скормить нам ворох лжи, пусть она хотя бы будет убедительной.
— Мистер Коул!
— Простите, ваша честь. — Коул принял замечание Левитта и снова посмотрел на Прайса. — Вы совсем не удивлены, ведь так, мистер Прайс?
— Я… э-э-э…
— Вы совсем не удивлены, потому что Джейн Горр ходила в тюрьму Уормвуд-Скрабс по вашему наущению, верно?
— Неправда.
— К вашему другу.
— Нет.
— И причина, по которой она навещала его пять раз с 18 февраля, в том, что Терри Колливер получил свою копию доказательств по делу 16 февраля. Правильно?
— Ваша честь, — запротестовал Эпстейн. — Я не вижу, каким образом свидетель может знать, когда Терри Колливеру вручили его копию документов по делу.
Коул повернулся к Эпстейну:
— Таким, что свидетель и Терри Колливер использовали содержащиеся в них детали, чтобы состряпать свидетельское заявление мистера Прайса.
— Мистер Коул, вы знаете, что заходите слишком далеко, — снова повысил голос судья Левитт. Коул слишком испытывал удачу. — Это перекрестный допрос, а не речь.
— Еще раз прошу прощения, ваша честь, — Еще один быстрый взгляд в сторону присяжных. И снова они ответили ему улыбками. — Но это правда, да, мистер Прайс? Вы посылали свою партнершу к другу, чтобы расспросить о деталях, которые вам нужны были для вашего заявления.
— Чушь собачья.
— Деталях, которые стали известны, только когда Терри Колливер получил свою копию документов по делу.
— Вы меня слышали.
— И вы отправили туда свою партнершу, чтобы ваше имя не отразилось в журнале. И вы могли притворяться, что почти не знакомы со своим близким другом Терри Колливером.
Прайс уставился на Коула в безмолвной ярости.
— Поэтому последнее посещение было за день до того, как вы подали заявление, правда? Потому что к тому моменту у вас уже была вся необходимая информация. Не так ли?
— Нет.
— Вы солгали полиции в своем заявлении. А сегодня лжете присяжным. Все, чтобы вашего друга Терри Колливера не осудили за убийство.
— Неправда. — Прайс отчаянно цеплялся за свою версию.
— Потому что не было никакого разговора между вами и подсудимыми, верно?
— Был.
— Не было никакого признания.
— Было.
— Это все сплошная ложь. Правильно?
Прайс выглядел побежденным. Измученным градом вопросов, которых он не ожидал.
Подняв глаза на Левитта, Коул сел на место.
— У меня больше нет вопросов, ваша честь.
Майкл поднялся.
