Оставшись вместе, они стали обходить место, где был разбит лагерь. Лицо экзобиолога осунулось. Макаллистер впервые подумал о том, что, наверное, был несправедлив к Найтингейлу все прошедшие годы.
- Вы уже бывали здесь, не так ли, Рэнди? - осведомился он.
- Да, - откликнулся тот таким голосом, будто только что надкусил горький плод. - И испытываю своего рода deja vu. - Он замолчал и глубоко вздохнул. - Я действительно ненавижу эту планету.
Макаллистер кивнул.
- Мне очень жаль, - произнес он, сам толком не зная, что хотел этим сказать.
- Да, да, мне тоже. - Лицо Найтингейла посуровело. Он как будто бы собирался добавить что-то еще. Но лишь пожал плечами и отвел взгляд.
Макаллистер слышал разговор по общей системе связи.
- Дайте ему эр-о.
- Даем.
- Келли, надо остановить кровотечение. Туже перевяжите раны.
- Не помогает, Эмбри.
- Все равно продолжай. Есть пульс?
- Едва прощупывается.
- Не отчаивайтесь. Келли, оберни его одеялом или еще чем-нибудь.
Макаллистер задумчиво смотрел на восток, в сторону Денеба, а тем временем Чианг медленно покидал этот мир.
Они похоронили его там же, где он упал, сраженный. Церемония проходила на рассвете. Макаллистер, для которого было не характерным тратить время на сантименты, нашел камень, вырезал на нем имя и даты жизни Чианга и добавил следующее: «ПОГИБ, ЗАЩИЩАЯ ДРУЗЕЙ».
Они вырыли глубокую могилу и опустили туда Чианга. Келли хотела сама провести церемонию, но настолько расчувствовалась, что попросила Хатч закончить.
- Чианг не принадлежал к традиционной церкви, - произнесла Келли, - его вера была крепка.
Хатч кивнула, не стараясь разобраться в этом, и просто предала его тело… почве (она не могла заставить себя сказать: земле), лишь заметила, что он умер слишком рано, и попросила Господа позаботиться о нем и помнить его.
Когда могилу засыпали, Келли стояла в оцепенении, отвергая все предложения поддержки и сочувствия.
Найтингейл утверждал, что нападающие были позвоночными, но с полыми костями.
- Птицы? - поинтересовался Макаллистер.
- Когда-нибудь узнаем, - ответил Найтингейл. - Думаю, да.
Он описал волокнистую структуру между руками и ребрами, которая, похоже, указывала на то, что эти существа утратили свою способность летать сравнительно недавно.
Люди осмотрели одеяния существ. В карманах обнаружились фрукты, орехи и несколько гладких камней. Боеприпасы.
- Пора идти, - напомнила Хатч.
- А что с этими тварями? - спросил Найтингейл. - Их тоже следует похоронить?
Лицо Келли стало каменным.
- О них пусть позаботятся их соплеменники!
НОВОСТИ С АВГУСТОМ КЭНЬОНОМ
Сегодня вечером у нас плохие новости. Час тому назад на наземную группу совершено нападение…
Когда пришел Марсель, Бикман с вершины виртуального утеса рассматривал волнующийся океан. Всю ночь шел снег, а по горной гряде гуляла вьюга, свирепый ветер поднял жуткую метель. Но это никак не отразилось на небе, которое оставалось ясным. Морган висел высоко наверху.
По правде говоря, приливы на Малейве-3 были мягкими. Луны не было, поэтому их создавало только далекое солнце. Однако этой ночью с приближением газового гиганта море разбушевалось. Огромные волны бились об утесы северного побережья Транзитории.
- Сегодня ночью, - произнес Бикман, не поворачиваясь к Марселю.
Тот оперся о переборку.
- Боже, Гунни! Это значит, они потеряли еще один день.
- В горной гряде выявлен слабый участок. «Хлипкое место», как доложил Гарри. Хуже, чем мы ожидали. Ночью гряда может не выдержать.
- Вы уверены?
- О да. Уверены. - Он печально посмотрел на Марселя. - При этом мы ни о чем точно заранее знать не можем.
- Все в порядке. Здесь нет ошибки по чьей-то вине. - Марселю показалось, что чья-то холодная рука провела по его спине. - Им надо преодолеть еще тридцать километров.
Бикман кивнул.
- Я бы сказал, что им лучше поторопиться.
Приливы подобны политикам. Они приходят и уходят с большим волнением и шумом, но неизбежно оставляют берег точно таким же, каким его застали. Если изредка и случаются какие-то изменения, то как правило не к добру. Приписывается Грегори Макаллистер; Генри Килбурн. Грегори Макаллистер: Жизнь и эпоха
Расчетное время до разрушения: 78 часов
Кэньон слегка запоздало осознал, что развивается и другой серьезный сюжет: реакция людей на борту кораблей на трагическое положение наземной группы.
