Женщины приземлились возле какого-то озера, подзаправились и поспешили за Макаллистером и Найтингейлом. Воссоединение прошло довольно мрачно. Хатч выслушала множество слов соболезнования.
«Прекрасная попытка» и «Вы сделали все возможное». А также: «Может быть, этот небесный ковш сработает».
Келли сохраняла несвойственное ей спокойствие.
Реактор снова запустили, на этот раз не включая двигатели, и принялись перезаряжать различные системы. Мак скользнул в кресло и стал твердить, как хорошо снова оказаться в уюте.
Поверхность планеты постоянно сотрясалась.
— Через какое-то время, — сказал Найтингейл, — вы перестанете обращать на это внимание.
Широкая дуга Моргана только что проползла из поля зрения, скрывшись за деревьями. Восточное небо прояснилось, облака ушли. Казалось, наконец-то наступил солнечный денек.
— Так что с этим небесным ковшем? — спросил Найтингейл. — Что это? Сработает ли? И когда это случится?
Хатч с Келли получили от Бикмана множество подробных сведений. Но планетолог, по выражению Келли, так и не научился говорить по-английски. Его описание было слишком техническим, даже для Хатч. Она понимала основные термины — например, что предположительно им придется сделать, — но просто не могла поверить, что импосибилиум обладает теми свойствами, которые от него требовались. С другой стороны, что еще им оставалось?
— Говорят, через день по местному времени.
— Через день? — ужаснулся Мак. — К тому моменту условия наверняка несколько ухудшатся, не так ли?
— Это все, что они могут сделать. Подъем произойдет над Туманным морем. Поздним утром.
— Черт возьми, где это море? — требовательно вопросил Мак.
— Туманное море? Это где западное побережье. Встреча должна состояться где-то в том районе!
— Самый главный вопрос, — заявил Макаллистер, — получится ли?
Вне всякого сомнения физики Бикмана понимали, о чем говорят.
— Да, — сказала Хатч. — На мой взгляд, все это очень мудрёно. Однако, думаю, мы справимся.
— Мудрёно?
— Синхронизация по времени.
— Ваше «думаю», — проговорил Макаллистер, — не придает мне уверенности.
— В этом плане местами предполагается удача, — заметила Келли.
Макаллистер с трудом сдерживался.
— Хорошо. Вот мы теперь ведем речь о том, что пробудем здесь еще пару дней. А как быть с ненастьем и толчками, которые мы постоянно ощущаем? Я про скверную погоду. Насколько плоха она будет? И вообще, что здесь будет происходить?
— Вы действительно хотите знать все подробности? — спросила Хатч.
— Конечно. — Тон Макаллистера смягчился. — Прошу вас, расскажите.
Все повернулись к ней.
— Сейчас уже происходят очень сильные землетрясения. Очевидно, пока не в этой местности. Однако будут и здесь. И станут значительно хуже. Сила толчков выйдет за пределы применяемой нами шкалы. Мы увидим груды земли, взметающиеся в небеса на пятнадцать-двадцать километров. Будет просыпаться все больше и больше вулканов. Причем грандиознейших. И, естественно, будет страшная буря. — Она ненадолго замолчала, давая им прислушаться к порывам ветра. — Волны будут выше, чем прошлой ночью. Намного выше. Нам необходимо найти возвышение. Через три дня атмосферу сорвет с планеты. К тому времени нам надо бы оказаться как можно дальше оттуда.
— Вот это уже это неплохая мысль.
— А еще через несколько часов исчезнет океан. Внешняя кора планеты расплавится. Насколько я понимаю, под влиянием приливов и вулканической активности. В этот момент планета начнет сильно разрушаться. По прикидкам, это произойдет в полночь четверга или чуть позже по корабельному времени, что примерно соответствует полночи по здешнему времени. Приблизительно сорок часов спустя куски планеты с плеском бултыхнутся в Джерри.
— О Господи! — воскликнул Макаллистер. — Но должен же быть хоть какой-нибудь способ выбраться из этого проклятого места! А если этот ковш не сработает? Может быть, мы смогли бы подняться и улететь вместе с атмосферой, когда ее сорвет, а в космосе нас подберут.
— Нет, это невозможно, — ответила Хатч.
— Это шанс, — произнес Макаллистер, и глаза его гневно засверкали. — Вот вы рассиживаетесь здесь и уверяете нас, что это не удастся. Отчего?
— Никакой это не шанс, — сказала Келли. — Даже если мы вырвемся на свободу и при этом не сваримся, что совершенно невероятно, то все равно никто не сможет нас забрать.
Макаллистер тяжело задышал.
— Но почему?
— Потому что при столкновении выделится уйма энергии. Здесь будет словно бы маленькое солнце. К тому времени всем кораблям нужно будет убраться подальше.
— Раз уж мы заговорили об этом, — заметила Хатч, — неплохо бы найти здесь какой-нибудь безопасный уголок.
Ей не хотелось пережидать на безостановочно подскакивающей и вздрагивающей земле.
Макаллистер вздохнул. Бесконечный запас колких замечаний, похоже, наконец истощился.
— Вы сообщили, что с «Венди» все еще разыскивают накопители. Это означает, что у нас по-прежнему есть шанс найти их, верно?
— Да, шанс на это есть, — ответила Хатч.
— Может быть, нам надо вернуться и поискать их самим, — предложил Мак. — Похоже, это не такое уж трудное дело.
Это звучало весьма соблазнительно.
